Взрослая социальная сеть
Текстовая версия форума
ВХОД РЕГИСТРАЦИЯ


Великая Октябрьская социалистическая революция

Текстовая версия форума: Гильдия рожденных в СССР



Полная версия топика:
Великая Октябрьская социалистическая революция -> Гильдия рожденных в СССР


Страницы: 1 2 3 4 


Как вы относитесь к ВОСР?
Одобряю [ 24 ]  [58.54%]
Не одобряю [ 16 ]  [39.02%]
Ничего об этом не знаю [ 1 ]  [2.44%]

Всего голосов: 41


serg_ya
12.05.1917

Александр Гучков

Петроград
Милюков вместе с Шингаревым поехали на фронт. В их отсутствие поздно вечером на квартире князя Львова неожиданно собрали заседание Временного правительства. Керенский и Терещенко взяли на себя инициативу и самым резким образом напали на пункт о проливах и на всю роль Милюкова в составе Временного правительства. Я его поддерживал, и больше никто.

Остальные молчали либо критиковали Милюкова, его политику, и вопрос о проливах не встретил ни в ком поддержки. Была высказана мысль, что нужно расстаться с Милюковым. Правда, он во главе большой общественной группы. Нельзя просто его выбросить. Было сказано, что Милюкову можно было бы дать Министерство народного просвещения, но решение расстаться с ним по Министерству иностранных дел было всеми поддержано. Я увидел, что Временное правительство шло в объятия демагогии, и окончательно пришел к заключению, что единственный выход — окончательно оборвать великое примиренчество и дать бой, вплоть до резких мер. Тогда я вернулся домой и написал письмо Львову.

Я ему пишу, что дальше не могу принимать участия, не могу разделять ответственность в той работе по разложению страны, какая сейчас творится и какая не встречает никакого противодействия во Временном правительстве, и прошу считать меня уволенным от своего поста. Затем, для того чтобы отрезать всякие попытки убеждать меня, сделать попытки невозможными с их стороны, послал это письмо Львову и точную копию этого письма в редакцию «Нового времени» с просьбой напечатать.

---------------

Новое время
Петроград, ул. Мойка, 67, квартира Гучкова
Милостивый государь, князь Георгий Евгеньевич!

В виду тех условий, в которые поставлена правительственная власть в стране, а в частности, власть военного и морского министра в отношении армии и флота, условий, которых я не в силах изменить и которые грозят роковыми последствиями обороне, свободе и самому бытию России, я по совести не могу далее нести обязанностей военного и морского министра и разделять ответственность за тот тяжкий грех, который творится в отношении родины, и потому прошу Временное правительство освободить меня от этих обязанностей.

Александр Гучков

--------------

Александр Керенский
Мин-во юстиции, ул. Чайковского, 28, Петроград
С самого начала гучковского кризиса меня не оставляло предчувствие, что именно на меня ляжет тяжелое бремя его наследства. Может быть, это ощущение и побудило меня столь настойчиво отговаривать его от отставки, обещая всяческую поддержку и убеждая в том, что психологический климат на фронте изменился к лучшему. Сама мысль возложить на свои плечи такую огромную ответственность повергала меня в ужас, а посему я был просто не в состоянии дать немедленный ответ. Я ушел из зала заседания, пообещав вернуться, как только приму решение.
--------------

Ираклий Церетели
Петроград
Сенсационная отставка Гучкова. Сенсационна, собственно, не сама отставка, а форма этой отставки: без предупреждения правительства, без предварительного обсуждения вопроса с товарищами по министерству военный министр в ходе войны покидал свой пост, заявляя, что правительство лишено возможности отправлять свои функции и что он, военный министр, «не может далее нести ответственность за тот тяжкий грех, который творится в отношении родины». Этот акт означал демонстративный разрыв Гучкова и стоявших за ним правых кругов буржуазии с Временным правительством.
--------------

Жорж Морис Палеолог
Петроград, Набережная Кутузова, 10
Группа моих русских друзей уже очень разбросана. Одни переехали в Москву, в надежде найти там более спокойную атмосферу. Другие уехали в свои имения, полагая, что их присутствие морально хорошо повлияет на их крестьян. Некоторые, наконец, эмигрировали в Стокгольм. Мне удалось еще тем не менее собрать сегодня вечером на прощальный обед человек двенадцать.

Лица озабочены; разговор не клеится; меланхолия носится в воздухе. Перед уходом все мои гости выражают одну и ту же мысль: «Ваш отъезд означает для нас конец известного порядка вещей. Поэтому мы сохраним о вашем посольстве долгую память». Вести из русской армии очень плохие. Братание с германскими солдатами распространено по всему фронту.

--------------

Владимир Ленин
Петроград
Несколько слов о конференции. Было мало времени, много работы. Условия, в которые поставлена наша партия, трудны. Оборонческие партии велики, но пролетарские массы относятся к оборончеству и к империалистической войне отрицательно. Наши резолюции для широких масс не приспособлены, но они объединят деятельность наших агитаторов и пропагандистов, а читатели найдут руководство для своей работы.

Нам приходится говорить перед миллионами, надо выхватить из массы новые силы, требовать более развитых сознательных рабочих, которые разъясняли бы наши тезисы применительно к уровню масс. Мы направим свои силы к тому, чтобы в своих брошюрах добиться более популярного изложения наших резолюций, и мы надеемся, что товарищи на местах сделают то же самое. Пролетариат найдет в наших резолюциях руководящий материал к движению ко второму этапу нашей революции.

--------------

Иосиф Сталин
Петроград
Избран в ЦК РСДРП(б)

-- Владимир Ленин
Тов. Коба мы знаем очень много лет. Видали его в Кракове, где было наше бюро. Важна его деятельность на Кавказе. Хороший работник во всяких ответственных работах.

--------------

Альфред Нокс
Петроград
В большевистской прессе ведется активная пропаганда за не­медленное заключение мира. 12 мая «Правда» опубликовала резо­люцию так называемой Всероссийской конференции социал-де­мократической партии, которая требовала официального отречения «правительства помещиков и капиталистов» от секретных соглашений, заключенных «бывшим царем Николаем Вторым с капи­талистическими правительствами Англии, Франции и т. д.».

Резо­люция подчеркивала, что партия всеми силами будет поддерживать пролетарское движение за границей, «которое даже во время вой­ны боролось против своих буржуазных капиталистических прави­тельств.
Особые усилия будут приложены к укреплению общего братства солдат всех воюющих армий». Однако здесь же содержал­ся протест против «распространяемой капиталистами низкой кле­веты» о том, будто бы партия выступает за заключение сепаратного мира с Германией, поскольку партия «считает немецких капитали­стов такими же бандитами, как и русские, английские и французские капиталисты, а император Вильгельм является таким же кровавым преступником, как и Николай Второй, как и монархи Англии, Ита­лии и Румынии».

---------------

Правда

Резолюция о войне, принятая Всероссийской конференцией всеми голосами при 7 воздержавшихся


I.
Современная война со стороны обеих групп воюющих держав есть война империалистическая, т. е. ведущаяся капиталистами из-за дележа выгод от господства над миром, из-за рынков финансового (банкового) капитала, из-за подчинения слабых народностей и т. д. Каждый день войны обогащает финансовую и промышленную буржуазию и разоряет и истощает силы пролетариата и крестьянства всех воюющих, а затем и нейтральных стран. В России же затягивание войны, кроме того, несет величайшую опасность завоеваниям революции и ее дальнейшему развитию. Переход государственной власти в России к Временному пр-ву, правительству помещиков и капиталистов, не изменил и не мог изменить такого характера и значения войны со стороны России.

Этот факт особенно наглядно обнаружился в том, что новое правительство не только не опубликовало тайных договоров, заключенных бывшим царем Николаем II с капиталистическими правительствами Англии, Франции и т. д., но и формально подтвердило без опроса народа эти тайные договоры, обещающие русским капиталистам ограбление Китая, Персии, Турции, Австрии и т. д. Сокрытием этих договоров русский народ вводится в обман относительно истинного характера войны.

Поэтому пролетарская партия не может поддерживать ни теперешней войны, ни теперешнего правительства, ни его займов, не разрывая совершенно с интернационализмом, т. е. братской солидарностью рабочих всех стран в борьбе против ига капитала. Никакого доверия не заслуживают обещания нынешнего правительства отказаться от аннексий, т. е. от завоевания чужих стран или от насильственного удержания в пределах России каких-либо народностей. Ибо, во 1-х, капиталисты, связанные тысячами нитей банкового капитала, не могут отказаться от аннексий в данной войне, не отказавшись от прибыли на миллиарды, вложенные в займы, в концессии, в военные предприятия и т. д.

Bo 2-x, новое правительство, отказавшись от аннексий для обмана народа, заявило устами Милюкова 9 апр. 1917 года в Москве, что оно от аннексий не отказывается, а нотой от 18 апреля и разъяснением ее от 22 апреля оно подтвердило захватный характер своей политики. Предостерегая народ против пустых полуслов капиталистов, конференция заявляет поэтому, что надо строго отличать отказ от аннексий на словах и отказ от аннексий на деле, т. е. немедленное опубликование и отмену всех тайных грабительских договоров и немедленное предоставление всем народностям права свободным голосованием решить вопрос, желают ли они быть независимыми государствами или входить в состав какого угодно государства.

II.
Так называемое «революционное оборончество», которое охватило теперь в России все народнические партии (нар.-соц., трудовики, соц.-рев.) и оппортунистическую партию с.-д.-меньшевиков (О. К., Чхеидзе, Церетели и др.), а также большинство беспартийных революционеров, представляет из себя по своему классовому значению, с одной стороны, интересы и точку зрения зажиточных крестьян и части мелких хозяев, которые, подобно капиталистам, извлекают прибыли от насилия над слабыми народами. С другой стороны, «революционное оборончество» является результатом обмана капиталистами части пролетариев и полупролетариев города и деревни, которые по своему классовому положению в прибылях капиталистов и в империалистской войне не заинтересованы.

Конференция признает, безусловно, недопустимыми и означающими на деле полный разрыв с интернационализмом и социализмом какие бы то ни было уступки «революционному оборончеству». Что касается оборонческих настроений широких народных масс, то наша партия будет бороться с этими настроениями неустанным разъяснением той истины, что бессознательно доверчивое отношение к правительству капиталистов есть в данный момент одна из главных помех к быстрому окончанию войны.

III.
Что касается до самого важного вопроса о том, как окончить возможно скорее и притом не насильническим, а истинно-демократическим миром эту войну капиталистов, то конференция признает и постановляет: нельзя окончить эту войну отказом солдат только одной стороны от продолжения войны, простым прекращением военных действий одною из воюющих сторон. Конференция протестует еще и еще раз против низкой клеветы, распространяемой капиталистами против нашей партии, а именно, будто мы сочувствуем сепаратному (отдельному) миру с Германией. Мы считаем германских капиталистов такими же разбойниками, как капиталистов русских, английских, французских и пр., а императора Вильгельма таким же коронованным разбойником, как Николая II и монархов английского, итальянского, румынского и всех прочих.

Наша партия будет терпеливо, но настойчиво разъяснять народу ту истину, что войны ведутся правительствами, что войны всегда бывают связаны неразрывно с политикой определенных классов, что эту войну можно окончить демократическим миром только посредством перехода всей государственной власти, по крайней мере, нескольких воюющих стран, в руки класса пролетариев и полупролетариев, который действительно способен положить конец гнету капитала.

Революционный класс, взяв в свои руки государственную власть в России, принял бы ряд мер, подрывающих экономическое господство капиталистов, и мер, ведущих к их полному политическому обезврежению, и немедленно и открыто предложил бы демократический мир всем народам на основе полного отказа от каких бы то ни было аннексий и контрибуций. Эти меры и это открытое предложение мира создали бы полное доверие рабочих воюющих стран друг к другу и неизбежно привели бы к восстаниям пролетариата против всех империалистических правительств, которые воспротивились бы предложенному миру.

Пока же революционный класс в России не взял в свои руки всей государственной власти, наша партии будет всемерно поддерживать те пролетарские партии и группы за границей, которые на деле ведут уже во время войны революционную борьбу против своих империалистических правительств и своей буржуазии. В особенности же партия будет поддерживать начавшееся массовое братание солдат всех воюющих стран на фронте, стремясь превратить это стихийное проявление солидарности угнетенных в сознательное и возможно более организованное движение к переходу всей государственной власти во всех воюющих странах в руки революционного пролетариата.

--------------

Николай Суханов
Петроград
У большевиков кроме Каменева появился в Исп. комитете Сталин… За время своей скромной деятельности в Исп. комитете производил — не на одного меня — впечатление серого пятна, иногда маячившего тускло и бесследно. Больше о нем, собственно, нечего сказать.
--------------

Святейший Синод

Возлюбленные чада Церкви Православной! Соблюдайте в мире души свои в годину испытания дорогого отечества. Ищите в Церкви Божией тихого пристанища во дни скорби и не забывайте благодарить Господа в радости. Собирайтесь вокруг ваших пастырей, дабы совместно творить дело Божие, принимая участие в церковном устроении и общей работе на пользу Церкви. Соблюдайте порядок и законность в ваших взаимных отношениях, ибо без уважения к чужому праву не может укрепиться ни церковный, ни государственный строй. Отнеситесь с доверием и любовию к своим пастырям, покрывая немощи их христианским прощением и смирением.

Все же мы как чада единой матери нашей Церкви оставим всякие взаимные разделения и счеты; забудем прошлое и устремимся к светлому будущему, общими силами и общею любовью устраяя нашу церковную жизнь и наше вечное спасение. Возлюбим друг друга, да единомыслием исповемы Отца и Сына и Святого Духа, Троицу единосущную и нераздельную. Аминь.

-------------

Раннее утро

В синодских кругах получаются неутешительные сведения из женских монастырей центральной епархии. Монахини отказываются выполнять строгие правила иноческого устава, требуют улучшения монастырского стола, принимать гостей после положенного часа и требуют реформ управления монастырского начальства на коммунальных началах. Замечается также усиленное стремление даже со стороны пожилых инокинь вновь вернуться в «грешный мир».
--------------

Разумник Иванов-Разумник -> Андрей Белый
Царское Село, Колпинская ул., д. 20
Москвичи, конечно, в ужасе. Для них революция — гром с ясного неба. Булгаков и Флоренский — как им войти на лоно «демократической республики» с миропомазанием мистического самодержавия? И какую личину надеть на себя хитро-мудрому Вячеславу Иванову? А прирожденный «ка-дет» Бердяев — как снести ему слабость и бессилие «кадетского» Временного правительства! А Гершензон, с его травлей германцев, с его призывом решения социальных и общественных вопросов путем личного совершенствования — в какой дыре сидит он теперь? Все они прекраснейшие, умнейшие, великолепнейшие люди, но только события наши всех их выбили из колеи, разбили наголову, сбросили со счетов истории.

Конечно, они оправятся. Москва себя еще покажет. Я твердо знаю, что раньше или позже, но будет у нас кровавая «контрреволюция» — не романовская, не монархическая, не самодержавная, а «кадетская», с союзниками до черной сотни. Я твердо знаю, что в далеком или близком будущем Петроград будет для нас Парижем, а Москва — Версалем 1871 года. Я будто воочию вижу, как Гучков и Корнилов (а не они, так духовные их братья и дети) пойдут покорять под нозе «кадетской» Москвы (куда убежит все Временное правительство) революционный Петербург, в котором у власти будет социалистическая демократия. И тогда решатся судьбы России и мира — не апокалиптические судьбы, а исторические, ближайшие. Вот тогда наступит день радости для московских Бердяевых, Булгаковых, Флоренских, Гершензонов, всей кадетской славянофильщины наших дней, — наступит день их или их духовных братьев и потомков.

Мало вероятия на то, чтобы удалось избежать этого разделения. И тем более каждый из нас должен решить — где он и с кем он?

-------------

Анатолий Луначарский
Швейцария, Цюрих

Едем сейчас в 2 часа 5 минут, но… оказывается, что в Шаффгаузене нам придется ждать немецкого поезда 13 часов! — до 5 утра!! Вечером Швейцарская социалистическая партия устраивала нам проводы. Представитель молодежи произнес пламенный панегирик «дорогому товарищу Ленину. Большевики, нашесловцы, впередовцы и публика этому аплодировали: меньшевики и с-ры приняли речь очень холодно.
serg_ya
13.05.1917

Жорж Морис Палеолог

Петроград, Набережная Кутузова, 10
После нескольких прощальных визитов в домах, расположенных вдоль Английской набережной, я прохожу мимо фальконетовского памятника Петру Великому. Без сомнения, у меня в последний раз перед глазами великолепное видение царя — завоевателя и законодателя, этот шедевр конной скульптуры; я поэтому останавливаю экипаж.

За три с половиною года, с тех пор как я живу на берегах Невы, я никогда не уставал любоваться повелительным изображением славного самодержца, надменной уверенностью его лица, деспотической властностью его жеста, великолепным устремлением его вздернутого на дыбы коня, чудесной жизнью, вдохнутой во всадника и коня, пластической красотой, величием архитектурной декорации, служащей фоном.

Но сегодня мною владеет одна мысль. Если бы Петр Алексеевич воскрес на миг, какой жестокой скорбью терзался бы он, видя, как совершается или готовится разрушение его дела, отказ от его наследства, отречение от его мечтаний, распад империи, конец русского могущества.

--------------

Александр Керенский
Керенский А. Ф. Россия на историческом повороте: Мемуары. М., 1993
Предавшись размышлениям в тиши своего кабинета в здании Министерства юстиции, я поначалу посчитал для себя невозможным отказаться хоть на какое-то время от участия в принятии главных политических решений в составе правительства. Политическая ситуация внутри правительственной коалиции была настолько нестабильна, что пустить дела на самотек было нельзя. Придя к такому выводу, я было потянулся к телефону, намереваясь сообщить о своем отказе, но тут мне неожиданно пришла в голову мысль о том, что ждет мою работу, правительство, Россию, если нам будет навязано «перемирие».

Через два-три месяца полностью развалится русский фронт, на Западе завершится успехом «генеральный план» Гинденбурга – Людендорфа, а Россия окажется во власти германских претендентов на мировое господство. Этого нельзя допустить любой ценой! Никто в России не собирается заключать сепаратного мира с Германией. Россия не может допустить поражения своих союзников, ибо связана с ними общей судьбой. Замыслы Гинденбурга должны быть сорваны, а для этого необходимо возобновить военные операции на русском фронте.

После нескольких часов тяжелейшей внутренней борьбы я в конце концов пришел к выводу, что у правительства, у Верховного командования и у меня самого нет альтернативы, и позвонил Львову, сообщив ему о согласии занять предложенный мне пост.

---------------

Правда

Существование помещичьего землевладения в России есть материальный оплот власти крепостников-помещиков и залог возможного восстановления монархии. Это землевладение неизбежно осуждает подавляющую массу населения России, крестьянство, на нищету, кабалу и забитость, а всю страну — на отсталость во всех областях жизни.

Необходимость сломать все эти устаревшие и вредные перегородки, необходимость «разгородить» землю, перестроить все отношения землевладения и земледелия заново, применительно к новым условиям всероссийского и всемирного хозяйства, составляет материальную основу стремлений крестьянства к национализации всех земель в государстве.

------------

Владимир Бурцев
Петроград, Невский пр-т, 87/2, Балабинская гостиница
С марта по май 1917 г. аресты и разоблачения провокаторов делались ежедневно по всей России.
Я тоже выступал в газетах с большими статьями о предателях и провокаторах: по поводу Малиновского, Доброскока и других, кто в то время могли быть для нас опасны. Особенно много я писал о предательстве большевиков и поименно их всех, начиная с Ленина, называл немецкими агентами.

-------------

Ромен Роллан
Grand Hotel Chateau Bellevue, Sierre, Switzerland
На призыв Ленина откликнулся Мерхайм и представители профсоюзов, объявившие всемирную революцию. Вот такие листовки они напечатали 1 мая.

«Славная русская революция открыла новую эру в мировой истории. Господствующие классы и их империалистские правительства, развязав мировую бойню, надеялись избежать заслуженного наказания. Для этого они повсюду упразднили свободы и связали и заткнули рот нациям, чтобы сбросить их в бездну.

Уже сейчас пролетарии в больших городах Германии и Австро-Венгрии пробудились. Близится час всемирной расплаты. Ни капли народной крови не будет пролито в пустую. Это должно преобразиться в революционную энергию, дикую ненависть против кровавого режима, против капитализма. Повсюду народы должны сбросить их классовые правительства и поставить на их место комитеты солдатов и рабочих, избранных народом. Революция в России — это сигнал к Революции во всем мире. А мировая Революция станет гарантом успеха Революции в России. Мировая Революция должна стать ответом на мировую войну. Удвоим же нашу энергию и усердие! Пусть на заводах, в пригородах и в деревнях разнесется клич: «ДОЛОЙ ВОЙНУ! ДОЛОЙ КАПИТАЛИЗМ! ДА ЗДРАВСТВУЕТ МИРОВАЯ РЕВОЛЮЦИЯ!».

--------------

Надежда Крупская
Петроград, Широкая ул., 52, кв. 24, квартира Елизаровых
Состоялась Всероссийская апрельская конференция. Были на ней 151 делегат, был на ней выбран новый ЦК, вопросы на ней обсуждались чрезвычайно важные — о текущем моменте, о войне, о подготовке III Интернационала, о национальном вопросе, об аграрном вопросе, о партийной программе. Мне особенно запомнилась речь Ильича о текущем моменте.

В этой речи особенно как-то ярко выступило отношение Ильича к массам, то, как внимательно вглядывался он в то, чем массы живут, что переживают. Не только среди пролетариата, но и среди широких слоев мелкой буржуазии надо уметь вести разъяснительную работу, говорил Ильич.

--------------

Святейший Синод

Святейший Синод определяет: созвать ныне же для обсуждения назревших вопросов, касающихся устроения Православной Российской Церкви, Предсоборный Совет; о сроке же созыва сего Совета, а также о составе оного иметь суждение особо.
---------------

Александр Гучков
Петроград
Попытку вернуть меня сделал Терещенко, который питал какие-то надежды на меня. Он приехал ко мне и убеждал, чтобы я взял отказ назад, что он думает, что для меня тяжело военное ведомство, и убеждал меня взять Министерство иностранных дел. Но оно было только производным из других. Если мы не могли привести страну в порядок, никакого смысла не было, и я от этого отказался.
---------------

Федор Степун
Петроград
Недюжинный человек, горячий патриот и монархист, доведенный горьким опытом до сознания необходимости заговорщического низложения Николая II, неутомимый работник, блестящий организатор и настоящий специалист по военным вопросам, бесспорно, много сделавший для усиления боеспособности армии, Гучков с первого же взгляда показался мне человеком совершенно непригодным на роль революционного военного министра.
--------------

Альфред Нокс
Петроград
Военнопленные, работавшие в поместьях, были освобожде­ны местными крестьянами; многие из них бродяжничали и про­мышляли воровством. Немецкие и австрийские офицеры сво­бодно разгуливают по Москве. Ежедневно задерживают не меньше де­сятка вражеских шпионов, в то время как при прежнем ре­жиме арестовывали не более одного в месяц.
--------------

Феликс Ростковский
Петроград
Весной пахнет. Тепло. Солнечно. Тихо. Солдаты все те же. Такие же неумытые, грязные, невежливые.
serg_ya
14.05.1917

Никита Окунев

Москва
Смешная же наша матушка-Русь: из разных мест телеграфируют, что крестьяне по собственному почину вводят розги и секут ими конокрадов и любителей «ханжи».
-------------

Жорж Морис Палеолог
Петроград, Набережная Кутузова, 10
Военный министр Гучков подал в отставку, объявив себя бессильным изменить условия, в которых осуществляется власть, — «условия, угрожающие роковыми последствиями для свободы, безопасности, самого существования России». Генерал Гурко и генерал Брусилов просят освободить их от командования. Отставка Гучкова знаменует ни больше ни меньше как банкротство Временного правительства и русского либерализма. В скором времени Керенский будет неограниченным властелином России… в ожидании Ленина.
-------------

Алексей Куропаткин
Петроград, ул. Мойка, 67, квартира Гучкова
Виделся с Александром Ивановичем Гучковым и сегодня обедал у него. Гучков сказал, что телеграф был в руках Совета солдатских и рабочих депутатов. Все посылаемые им депеши цензуровались. По мнению Гучкова, Россия идет к катастрофе одновременно четырьмя путями:

1) развалом армии; 2) банкротством — мы живем печатанием бумажек. Предполагаемые нам ссуды Америкою приостановлены. Подвижной состав Америкою дан не будет; 3) голодовкою (расстройство транспорта при имеющихся еще запасах); 4) безначалием и смутою внутри. Гучков не видит просвета. По его словам, министерство, в котором он служил, — «слякоть».


Вид Гучкова мрачный, недовольный. Но при всем его пессимизме он сообщил мне, что поступления в городские, земские и казенные суммы, почти прекратившиеся в марте и первой половине апреля, начали ныне поступать успешнее.

-------------

Ираклий Церетели
Петроград, Таврический дворец
Три дня тому назад я говорил, что не могу взять на себя ответственность советовать Исполнительному комитету послать своих представителей в правительство. Теперь создалось такое положение, что я, напротив, не могу взять на себя ответственность советовать отказаться от вхождения в правительство.

Весь состав Исполнительного комитета был налицо в Таврическом дворце. Чхеидзе немедленно открыл заседание, и я, сделав краткий доклад о создавшемся положении, предложил пересмотреть принятое решение об отказе от коалиции. На заседание приехал и Керенский. Его появление вызвало большой интерес, так как ожидали, что он сообщит какие-нибудь конкретные предложения правительства. Но Керенский ограничился изложением общих взглядов о трудности положения страны и о необходимости коалиции.

За коалицию было подано 44 голоса, против — 19, воздержалось — 2. Результаты голосования были встречены аплодисментами большинства.

---------------

Константин Паустовский
Москва, Тверская, 13, резиденция комиссара Временного правительства
Из Парижа приехал французский министр военного снабжения Альбер Тома. Он появился у нас, чтобы уговорить «доблестный русский народ» остаться верным союзникам и не выходить из войны. Этот коротконогий рыжебородый человек в изящном сюртуке показал в своих речах непревзойденный пример крика и выразительного жеста. Как-то он говорил с балкона резиденции комиссара Временного правительства. Тома говорил по-французски. Вряд ли в толпе, слушавшей его, был хоть десяток людей, знавших этот язык.

Толпа состояла главным образом из солдат и жителей московских окраин. Но в речи Тома все было понятно и без слов. Тома, прыгая на согнутых ногах по балкону, наглядно показал, что произойдет, по его мнению, с Россией, если она выйдет из войны. Он подкрутил усы на манер Вильгельма, сделал хищные глаза, высоко подпрыгнул и стремительно схватил в воздухе за горло воображаемую Россию. При этом он испускал воинственные крики и рычал, как бешеный тигр.

Эта страшная пляска Вильгельма над поверженным телом России длилась несколько минут. Толпа, пораженная цирковым зрелищем, затаила дыхание.

-------------

Надежда Крупская
Петроград, ул. Куйбышева, 2-4, дом Кшесинской
Меня все больше тяготила моя работа в секретариате, хотелось пойти на непосредственную массовую работу, хотелось также чаще видеть Ильича, за которого охватывала все большая и большая тревога. Его травили все сильнее и сильнее. Идешь по Петербургской стороне и слышишь, как какие-то домохозяйки толкуют: «И что с этим Лениным, приехавшим из Германии, делать? В колодези его, что ли, утопить?». Конечно, ясно было, откуда идут все эти разговоры о подкупе, о предательстве, но не гораздо их было весело слушать. Одно дело, когда говорят буржуи, другое дело, когда это говорят массы.
-------------

Александр Керенский
читает речь к делегатам фронта

Два месяца прошло с тех пор, как родилась русская свобода. Ваши боли и ваши страдания явились одним из мотивов всей революции. Мы не могли больше стерпеть той безумной и небрежной расточительности, с которой проливалась ваша кровь старой властью. Эти два месяца я считал и продолжаю считать и сейчас, что единственная сила, могущая спасти страну и вывести ее на светлый путь, это есть сознание ответственности каждого из нас без исключения за каждое слово и каждое действие его. И вот вам, представителям фронта, я должен сказать: мое сердце и душа сейчас неспокойны.

Товарищи, вы умели 10 лет терпеть и молчать. Вы умели исполнять обязанности, которые налагала на вас старая ненавистная власть. Вы умели стрелять в народ, когда она этого требовала. Почему же у вас теперь нет терпения? Неужели русское свободное государство есть государство взбунтовавшихся рабов?

Я пришел к вам потому, что силы мои на исходе, потому, что я не чувствую в себе прежней уверенности, что перед нами не взбунтовавшиеся рабы, а сознательные граждане, творящие новое государство с увлечением, достойным русского народа.

--------------

Альфред Нокс
Петроград
В Петрограде дела с каждым днем идут все хуже. Десятки тысяч крепких и здоровых мужчин в форме слоняются по ули­цам и не помышляют о том, чтобы отправиться на фронт или хотя бы нести службу, чтобы подготовиться к боям, в то время как каждый здоровый мужчина в Англии и во Франции отдает последние нервы делу разгрома общего врага. Этот позор на все времена ляжет на плечи русского народа и его правительства.

Даже Ленин отвергает идею сепаратного мира, однако агитация, разрушающая русскую армию, не оставит другого вы­хода.

--------------

Анатолий Луначарский -> Анна Луначарская
Мальме, Швеция

Дорогая деточка, постараюсь описать тебе во время долгих остановок нашего злополучного поезда наши приключения до сих пор, с подробностями. Первая живописная сцена имела место в Шаффхаузене, когда мы садились в поезд, на нем предполагалось ехать дня 2-3 через Германию.

Решено было сажать публику по фракциям в известном порядке, бундисты, меньшевики и с-ры расселись, а для нас вагона не оказалось. Вообрази эпический гнев Рязанова! И как демонстративно, словно Марк на развалинах Карфагена, сидели мы на наших бебехах, выставляя разные «требования», в то время как «победители» в жизненной борьбе равнодушно взирали на нас из окон купе.

Наконец нас растасовали. Ночевали мы скверно и курьезно, в своего рода ночлежке на тюфяках. Никто почти не спал, мы были смешны. Я все-таки смог поспать часа 2.

В пять часов утра в субботу въехали в Германию. Там все оказалось великолепно организованным. Мы были поражены, когда узнали, что наш поезд идет на правах курьерского, что в 4 часа на другой день мы уже будем в порту Засниц и сможем направиться в Швецию. Два раза немцы нам давали питательный суп, за который мы, впрочем, щедро заплатили. Суп этот, как и кофе (1 раз), давал нам немецкий Красный Крест.

В Швеции нас ожидал чрезвычайно неприятный сюрприз. Здесь страшный угольный кризис: ходят по одному поезду в день, а наш экстренный поезд шведское правительство решило прицеплять к товарным поездам, так что доедем мы в Стокгольм только завтра, т.е. в среду утром. Стало быть на дорогу от Мальме до Стокгольма мы тратим чуть не вдвое времени, чем для переезда через всю Германию. В довершении дурного впечатления меня надули почти на 10 франков на размене денег, когда я посылал тебе большую телеграмму.

Крепко обнимаю и целую тебя, родная моя красавица, мое Солнышко!
До свидания.

Твой Толя
serg_ya
15.05.1917

Жорж Морис Палеолог

Петроград, Набережная Кутузова, 10
Милюков дает мне прощальный завтрак. Отставка Гучкова и его тревожный клич омрачают все лица. Тон, каким Милюков благодарит меня за оказанное ему мною содействие, показывает мне, что он тоже чувствует себя осужденным.

Уже несколько недель Временное правительство торопило Сазонова отправиться вступить в управление посольством в Лондоне. Он уклонялся, слишком основательно встревоженный тем, что оставлял на родине, и политикой, которую ему будут диктовать из Петрограда. По настоянию Милюкова он решается, наконец, отправиться в путь.

Мы уедем вместе завтра утром. Британское адмиралтейство должно прислать в Берген курьерский авизо и два контрминоносца, чтобы перевезти нас в Шотландию.

-------------

Александр Керенский
Таврический дворец, Петроград
Мы все согласились с тем, что Министерство иностранных дел должно перейти к человеку, способному более гибко проводить внешнюю политику государства. Я выступил с угрозой выйти из состава кабинета, если Милюков не будет переведен на пост министра просвещения. Одновременно я потребовал немедленно ввести в правительство представителей социалистических партий. Кризис в кабинете достиг апогея, когда Милюков отказался принять портфель министра просвещения и вышел в отставку.

Я направил заявление Временному комитету Думы, Совету, Центральному комитету партии социалистов-революционеров и группе трудовиков, в котором объявил, что отныне Временное правительство должно состоять не только из отдельных представителей демократических сил, но и людей «формально и прямым путем избранных организациями, которые они представляют».
Я поставил свое дальнейшее пребывание в составе правительства в зависимость от принятия этого требования.

--------------

Федор Родичев
Петроград
Какой смысл могла иметь демонстрация отставки Милюкова? Смысл отказа России от Босфора. Что за отречение от победы, еще не одержанной? Только такие пустые люди, как Керенский, могли воображать, что отставка Милюкова могла увеличить бое­способность армии. Те, кто кричали, на что нам проливы, не знали даже, что в течение 10 лет турецкое правительство два раза запирало выход для русского хлеба. Они воображали, что Константинополь — подлинно турецкий город…
--------------

Альфред Нокс
Петроград
Терещенко сообщил послу, что, возможно, он станет но­вым министром иностранных дел в новом правительстве, где пост военного министра займет Керенский. Правительство не­довольно Гучковым, отставка которого поставила его в неловкое положение! По моему мнению, ему следовало уйти в отставку еще месяц назад.
--------------

Василий Розанов
Петроград
Смута ленинская оказывается не так презренна, как можно было полагать о ней некоторое время; этот пломбированный господин, выкинутый Германией на наш берег, сперва казался многим чем-то вроде опасного огня, который указывает плывущему в темноте кораблю особенно опасное место, подводный камень или мель, от которого корабль должен держаться как можно дальше, ни в каком случае к нему не подходить. Так к нему и отнеслась почти вся печать и сколько-нибудь сознающие свою ответственность и свою гражданственность жители столицы. Но, очевидно, не на них был рассчитан Ленин. Он был рассчитан на самые темные низы, на последнюю обывательскую безграмотность. И он ее смутил и поднял.

Ленин отрицает Россию. Он не только отрицает русскую республику, но и самую Россию. И народа он не признает. А признает одни классы и сословия, и сманивает всех русских людей возвратиться просто к своим сословным интересам, выгодам. Народа он не видит и не хочет.

---------------

Владимир Ленин
Петроград
Одни говорят: оставьте все по-старому, доверьтесь еще больше Временному правительству. Возможно, что отставкой угрожают именно для того, чтобы заставить Совет сказать: доверяем еще больше. Другой путь: коалиционное министерство. Третий путь предлагаем мы: перемена всей политики Советов, отказ от доверия к капиталистам и переход всей власти к Советам рабочих и солдатских депутатов. Перемена лиц ни к чему не приведет, надо переменить политику.
---------------

Ираклий Церетели
Петроград
Когда я направлялся к выходу, из среды рабочих и солдат, провожавших меня возгласами одобрения, отделился один рабочий и сказал: «Товарищ Церетели, не сомневайтесь. За этими большевиками только кучка. Мы, рабочие, необразованные, но мы чувствуем, кто говорит нам правду. Идите в новое правительство. Мы будем стоять за вами со всем народом, со всей демократией. Нам трудно приходится, но демагогией и пустыми посулами нас не обманут. Надо действовать общими силами, без анархии, в порядке. Так думают наши рабочие на заводах».
---------------

Василий Шульгин
Петроград
Родзянко и я выдвинули три основных пункта возможного соглашения с социалистическими партиями: 1) единый фронт с союзниками; 2) полное доверие Временному правительству в новом составе; и 3) полновластие… Члены Временного правительства согласились с такой постановкой вопроса.
--------------

Петроградский листок

Дела церковные

Вчера Союзом демократического духовенства в Физическом институте университета устроен был митинг под председательством прот. Филоненко. С огромным одушевлением собрание разбиралось в злободневных и жгучих вопросах о том, где же было духовенство, когда делалась революция, какую лепту в общую сокровищницу свободы внесло оно, чему учило народ, чему должно учить. Проф. Титлинов остановился на сближении целей христианства и социализма.

--------------

Василий Кравков
7-й Сибирский армейский корпус
В 13-й дивизии бежал, захвативши с собой из денежного ящика казенных тысяч по 12–13 рублей, адъютант Дроздов; солдатики не без самоудовлетворения кивают в сторону «господ» офицеров: не очень-де фордыбачьтесь — не лучше-де вы нас.
--------------

Андрей Шингарев
Таврический дворец, Петроград, ул. Шпалерная 47
В истории России каждая война ведет за собой освобождение. Крымская война дала освобождение крестьян, японская — дала первые зачатки русской конституции, теперешняя война освободила Россию от гнета и царизма.
--------------

Александр Колчак
Севастополь
Я собрал все свободные команды в нескольких местах и, как я это делал раньше, совершенно откровенно высказал все то, что я узнал в Петрограде, обрисовал им положение вещей, указал на бессилие правительства, на то, что фронт у нас в настоящее время разваливается совершенно; удастся ли его восстановить — неизвестно, и что оказать сопротивление неприятелю невозможно.

Я, главным образом, базировался на следующем положении: для меня, как человека военного и все время занятого исключительно только своими военными делами, казалось необходимым рассматривать происходящую у нас революцию с точки зрения войны. Для меня казалось совершенно ясным, что в такой громадной войне, в какой мы участвуем, проигрыш этой войны будет проигрышем и революции, и всего того, что связано с понятием нашей родины — России. Я считал, что проигрыш войны обречет нас на невероятную вековую зависимость от Германии, которая к славянству относится так, что ожидать хорошего от такой зависимости, конечно, не приходилось.

----------------

Русское слово

Петроградский Совет рабочих и солдатских депутатов решительно осудил всякий самовольный захват частных помещений и частного имущества. По мнению Совета, анархия есть гибель революции, и господа захватчики, вызывая всеобщее раздражение, тем самым воздвигают стену между революцией и населением и мажут грязью чистое знамя свободы.

Справедливость требует все-таки отметить, что прекрасные пожелания Петроградского совета страдают одним весьма существенным недостатком: у них нет санкции, и за ними не стоит реальная сила принуждения.

---------------

Трудовая копейка

«Красный цветок»

Вчера Советами рабочих и солдатских депутатов был устроен ряд летучих концертов по улицам Москвы для производства кружечного сбора на нужды Советов.

Концерты были устроены своеобразным путем, доселе неустраевымым. На громадных автомобилях-грузовиках, разукрашенных красными флагами и плакатами, развозились по улицам пианино, рояли и фисгармонии.

Тут же стояли стулья.

Автомобили останавливались в более людных местах, усаживались у инструмента ученики консерватории и артисты-музыканты и играли одновременно со скрипкой и виолончелью, мандолиной и т. п.

Музыка производила необыкновенно красивое впечатление.

Исполнялись серьезные музыкальные произведения.

С автомобилей музыканты по окончании концерта продавали портреты бабушки Брешко-Брешковской, Керенского и других с аукциона.

Торги давали хорошие результаты.

----------------

Георгий Плеханов
Петроград
Отечество в опасности. Что же нужно сделать для того, чтобы остановить крайне опасный для России процесс полного уничтожения сил ее военного сопротивления. Для этого нужно, во-первых, положить конец выгоднному только для немцев и на самом деле практикуемому только русскими солдатами братанию. В этом смысле только что высказался в особом воззвании Исполнительный комитет Совета Р. и С. Д. Лучше поздно, чем никогда! Для этого нужно, во-вторых, поставить лиц высшего командного состава нашей армии в такое положение, которое дало бы им возможность исполнять свои обязанности.
----------------

Петроградская газета

Немцы бьют палками пленных русских

В Стокгольм прибыло 90 русских военных врачей, которые обмениваются на соответствующее число германских врачей. Русские врачи прибыли из самых различных лагерей военнопленных, но главным образом из Пруссии и Саксонии. Врачи, приехавшие из дисциплинарного лагеря для военнопленных в Меридорфе, рассказывают, что обращение с военнопленными в этом лагере по грубости и жестокости превосходит всякую меру, в чем больше всего виноват начальник лагеря генерал Кречмер. В виде наказания применялось не только подвешивание к столбу, но даже и палочные удары.

----------------

Максим Горький
Петроград, Невский пр-т, 64, редакция газеты «Новая жизнь»
Не дождавшись решения Совета солдатских депутатов по вопросу об отправке на фронт артистов, художников, музыкантов, Батальонный комитет Измайловского полка отправляет в окопы 43 человека артистов, среди которых есть чрезвычайно талантливые, культурно ценные люди.

Все эти люди не знают воинской службы, не обучались строевому делу. Они не умеют стрелять — только сегодня впервые их ведут на стрельбище, а в среду они должны уже ехать. Таким образом, эти ценные люди пойдут на бойню, не умея защищаться.

Я не знаю, из кого состоит Батальонный комитет Измайловского полка, но я уверен, что эти люди «не ведают, что творят». Потому что посылать на войну талантливых художников такая же расточительность и глупость, как золотые подковы для ломовой лошади. А посылать их, не обучив воинскому делу, это уж смертный приговор невинным людям. За такое отношение к человеку мы проклинаем царскую власть, именно за это мы ее свергли.
serg_ya
16.05.1917

Елизавета Нарышкина

Петроград
Милюков уходит. Его место занял Терещенко, Керенский заменил Гучкова на посту военного министра. Министерство пополнилось двумя членами — социалистами. Это все-таки приобретение среди потока неразумия и сумасшествия, в котором мы тонем.
-------------

Александра Коллонтай
Петроград, Пески, съемная квартира Коллонтай
Эсеры добились своего: меньшевики согласились «разделить власть». Коалиционное, то есть буржуазное правительство образовали. Приняли меньшевистско-эсеровские предложения — всяких «подготовок». Не действий, а «подготовок».

В момент, когда решается судьба революции, когда надо выдвигать действенные, живые требовании — «Долой империалистическую войну», «Советы в противовес буржуазной власти», они все со своей «подготовкой»: «подготовка Учредительного собрания», «подготовка земельных реформ» и т.д. Конечно, кадеты в восторге от политики эсеров. Разобрали «портфели» — эсеры взяли себе «аграрные реформы». Меньшевики — портфель труда.

--------------

Виктор Чернов
Петроград Таврический дворец
«Или эта революция съест войну или война съест революцию». И действительно, я боюсь, что история ставит вопрос именно таким образом. Одно из двух: либо русская революция окажет свое воздействие на другие страны. Будет авангардом общеевропейской внутренней пертурбации — и тогда ею ликвидация войны будет ускорена, для ликвидации этой создается совершенно новый базис; либо если руская революция не встретит отклика «по ту сторону» рубежа, то русское революционное движение рискует задохнуться в узких национальных пределах, рискует выродиться; ведь всякому понятно, что война и военная диктатура обычно бывают братьями-близнецами.
--------------

Ираклий Церетели
Петроград
Члены правительства с самого начала представили определенный план — дать советским представителям пять портфелей: военного министра, министра юстиции и трех новых, специально для этой цели выделенных министерств — земледелия, труда и почт и телеграфов. В момент обсуждения этого плана наша делегация пополнилась, с одной стороны, Черновым, приехавшим из Москвы прямо с эсеровского съезда, а с другой стороны, Авксентьевым, Фундаминским и Гуревичем, которые являлись представителями собравшегося в Петрограде Всероссийского крестьянского съезда.
---------------

Жорж Морис Палеолог
Петроград, Финляндский вокзал
Приехав сегодня утром на Финляндский вокзал, я нахожу Сазонова у отведенного нам вагона. Он серьезным тоном заявляет мне: «Все изменилось, я уже не еду с вами… Смотрите, читайте». И он протягивает мне письмо, которое ему только что принесли, письмо, датированное этой самой ночью и которым князь Львов просит его отложить свой отъезд, так как Милюков подал в отставку.

Стечение друзей, пришедших проститься со мной, кладет конец нашей беседе. Поезд отходит в 7 часов 40 мин.

---------------

Джордж Бьюкенен
Петроград, Дворцовая набережная д. 4, Британское посольство
В лице Палеолога я потерял старого друга и коллегу, с которым в течение трех критических лет я был тесно связан и на лояльное сотрудничество которого в деле защиты общих интересов, столь дорогих нам обоим, я мог всегда рассчитывать.

Мне было также очень грустно прощаться с моими новыми друзьями Виллом Торном и Джемсом О'Греди.
Это были блестящие типы британских рабочих, и я надеялся, что они произведут впечатление на рабочих депутатов в Совете и заставят их понять, что мы не воюем с германцами ради империалистических или капиталистических целей. Но эти депутаты не были настоящими рабочими; они были только демагогами. О'Греди сказал Торну после своего первого посещения Совета: «Посмотрите на их руки. Ни один из них не посвятил во всю свою жизнь и одного дня честному труду». Они покинули Петроград в очень подавленном настроении от того, что видели как на фронте, так и в тылу.

----------------

Антон Деникин
Петроград
А между тем, мы получили проект декларации(Декларация прав солдата, которая подготавливается Временным правительством). Гучков не нашел возможным подписать ее и ушел. Я должен сказать, что если штатский человек ушел, отказавшись ее подписать, то для нас, начальников, она неприемлема. Она создаст полное разрушение всего уцелевшего.
----------------

Александр Гучков
Петроград
После ухода я вернулся на прежнюю должность. В соприкосновении с военным ведомством имелась возможность общаться с фронтом, ездить туда. Затем не по моей инициативе, а по инициативе Путилова, образовался негласно комитет из представителей банков и страховых обществ. Чтобы оправдать официально свое существование, он назвал себя Обществом экономического возрождения России. На самом деле задача была собрать крупные средства для того, чтобы в случае выборов в Учредительное собрание помогать выбору умеренно-буржуазных элементов, и, главным образом, работа на фронт.

Вся эта финансовая работа заключалась в том, что, собрав крупные средства, мы их передали в распоряжение Корнилова. Это давало возможность мне с ним общаться. Он делал большую работу, разная пропаганда, литература, объезды офицерами и нижними чинами фронта и просто разные подарки, которые делались частям, солдатам от имени командующего армией для того, чтобы поднять его личный престиж. Это делалось за счет тех средств, которые мы ему отпускали.

---------------

The New York Times

Капиталисты поклялись объединиться с рабочими на время войны. Драматический момент наступил во время встречи членов Комитета по труду, функционирующего при Совете по национальной обороне, когда участники мероприятия, чье совокупное состояние оценивается миллионами долларов, предложили президенту Американской федерации труда Самюэлю Гомперсу полное сотрудничество между правительством, капиталом и рабочими во имя эффективного ведения войны.

Среди предложивших свое содействие миллионеров были Джон Рокфеллер, Даниэль Гуггенхайм и Колгейт Хойт.

----------------

Василий Гурко
Петроград, Зимний дворец
В первый раз получил возможность встретиться с Керенским. При встрече с членами правительства главнокомандующие, прежде всего, объяснили им, что приехали с целью убедить Временное правительство в необходимости принятия решительных мер для восстановления в армии дисциплины, без которой невозможно рассчитывать на боеспособность войск. До сих пор все говорили солдатам только об их правах; теперь настало время напомнить им и об их обязанностях.

Во время последовавшего обмена мнениями я указал на то, что моральный долг велит нам ничего не утаивать от тех, кто, осмотрительно или безответственно, управлял политической жизнью страны; что мы намерены говорить им правду, всю правду и ничего, кроме правды. Керенский, неофициально уже занявший пост военного министра и сохранивший за собой Министерство юстиции, заметил на это, что и сам придерживается мнения, что совершенно необходимо говорить правду, и только правду, однако не всю.

---------------

Брюс Локхарт
Москва
Сюда приехал месье Альбер Тома, французский социалист, министр вооружения. Он тоже был направлен французским правительством, по традиции, претендующим на особое знание революций и жаждущим укрепить сотрудничество революционной России с союзниками. Более того, он привез в кармане распоряжение об отзыве месье Палеолога, французского посла и циника, всегда казавшегося мне несерьезным человеком, но понимавшего Россию гораздо лучше, чем полагали многие. Отзыв был частью новой политики.
---------------

Александр Керенский
Мин-во юстиции, ул. Чайковского, 28, Петроград
Состоялось заседание Комиссии по пересмотру законов и установлений, относящихся к прохождению воинской службы (известной как Поливановская комиссия). Выступление мое было кратким. Отметив тяжелое положение России как воюющей державы с бездействующим фронтом, я заявил, что растущая деморализация войск — следствие не только германской пропаганды, но и чрезмерной законодательной активности всякого рода комитетов и подкомитетов.

Ситуация, сказал я, абсолютно нетерпимая, и, если дело пойдет так и дальше, единственно, что нас ждет, — это развал армии и полное поражение от рук врага. Чтобы полностью убедить аудиторию в своей правоте, я рассказал о только что состоявшихся в Стокгольме переговорах между делегацией русских поляков и поляками из оккупированных немцами районов Польши.

---------------

Коммерсант

Во многих районах Москвы по инициативе продовольственных комиссий в целях борьбы с хвостами создаются организации населения на кооперативных началах для совместных закупок хлеба, мяса и пр. В 3-м Сущевском участке возникло два больших кооперативных товарищества с этой целью. Одно из них называется «Самодеятельность граждан». Представители этих товариществ закупают и сами уже распродают хлеб среди своих членов, и хвостов в этом районе почти нет.
serg_ya
serg_ya
17.05.1917

Василий Кравков

7-й Сибирский армейский корпус
День ясный, теплый, пыльный. На листке отрывного календаря — мысли и афоризмы моего сородича, моего alter ego (только в увеличенном передо мной размере!) Кавелина: «Топи жизнь в деятельности, не задумываясь над личными вопросами, — вот мой девиз издавна, а то сердце лопнет; когда умрешь… останутся для людей мысли, дела, труды — то, что человек произвел умственного, сердечного, нравственного для других; этим его будут помнить…»
-------------

Лев Троцкий
Петроград, Финляндский вокзал
Дорога от Галифакса до Петрограда прошла незаметно, как туннель. Это и был туннель — в революцию. В Швеции запомнились только карточки на хлеб: это я видел тогда впервые… На Финляндском вокзале в Петрограде ожидала нас большая встреча. Урицкий и Федоров говорили речи. Я отвечал на тему о подготовке второй революции, которая будет нашей. Когда меня внезапно подхватили на руки, мне сразу вспомнился Галифакс, где я оказался в таком же положении. Но на этот раз руки были дружеские.
--------------

Александр Колчак -> Анна Тимирева
Черное море, борт корабля «Свободная Россия»
Глубокоуважаемая Анна Васильевна, из Петрограда я уехал с твердой уверенностью в неизбежности государственной катастрофы и признанием несостоятельности военно-политической задачи, определившей весь смысл и содержание моей работы.

Я снова в море, и уже вторые сутки, и, как прежде, сел писать Вам, но то, что я написал, мне кажется ненужным и неверным, но я ничего другого придумать не могу. Да, в общем, это все равно. Я устал, и мне трудно писать, у меня нет ни мыслей, которые я бы хотел сообщить Вам, ни способности сказать Вам что-либо. Спать я не могу, не хочется читать немецкий вздор о том, что территориальное верховенство — не dominium, что так же для меня безразлично, как вопрос о том, делается ли в Севастополе глупость или идиотство; пойду лучше походить по палубе и постараюсь ни о чем не думать. Простите за это письмо, если пожелаете.

--------------

Петроградский Совет рабочих и солдатских депутатов
Петроград, Таврический дворец
Признавая, что декларация Временного правительства, преобразованного и усиленного новыми представителями революционной демократии, соответствует воле демократии и задачам закрепления завоеваний революции и дальнейшего ее развития, Совет р. и с.д. постановляет:

1. Представители Совета р. и с.д. должны вступить в состав Временного правительства.
2. Представители Совета р. и с.д., вступившие в правительство, впредь до создания Всероссийского органа Совета р. и с.д. должны признавать себя ответственным перед Петроградским Советом и обязуются давать ему отчет о всех своих действиях.
3. Совет р. и с.д. выражает новому Временному правительству свое полное доверие и призывает демократию оказать этому правительству деятельную поддержку, обеспечивающую ему всю полноту власти, необходимую для закрепления завоеваний революции и дальнейшего его развития.
Заседание Исполнительного комитета

---------------

Александр Гучков
Петроград
Я ушел от власти, потому что ее просто не было; болезнь заключается в странном разделении между властью и ответственностью: на одних полнота власти, но без тени ответственности, а на видимых носителях власти полнота ответственности, но без тени власти… На началах непрекращающегося митинга управлять гос-вом нельзя, а еще менее можно командовать армией на началах митингов и коллегиальных совещаний. А мы ведь не только свергли носителей власти, мы свергли и упразднили самую идею власти, разрушили те необходимые устои, на к-рых строится всякая власть.
---------------

Владимир Ленин
Петроград
Товарищи! Петроградский Совет рабочих и солдатских депутатов переслал мне ваше письмо от 24 апреля 1917 г. Вы спрашиваете в этом письме, «какого я происхождения, где я был, если был сослан, то за что? Каким образом я вернулся в Россию и какие действия я проявляю в настоящий момент, т. е. полезны они (эти действия) вам или вредны». Отвечаю на все эти вопросы, кроме последнего, ибо только вы сами можете судить, полезны вам мои действия или нет.

Зовут меня Владимир Ильич Ульянов. Родился я в Симбирске 10 апреля 1870 года. Весной 1887 г. мой старший брат, Александр, казнен Александром III за покушение (1 марта 1887 г.) на его жизнь. В декабре 1887 г. я был первый раз арестован и исключен из Казанского университета за студенческие волнения; затем выслан из Казани. В декабре 1895 г. арестован второй раз за социал-демократическую пропаганду среди рабочих в Питере…

---------------

Николай Суханов
Петроград, Мариинский дворец, Исаакиевская пл, д. 6
С Каменевым и с кем-то третьим от нечего делать затеяли спор о Ленине и большевизме. Каменев доказывал постоянную правильность исторического прогноза большевиков, он вспоминал о «неурезанных лозунгах» и «ликвидаторах» 1914 года и утверждал, что история подтвердит и настоящие, современные позиции их партии; мне казалось, что он замазывает свою неудачную попытку борьбы и свою недавнюю капитуляцию перед Лениным.
---------------

Жорж Морис Палеолог
Хапаранда, Швеция
Весь вчерашний день поезд проезжал по «тысячеозерной» Финляндии. Как далеко от России мы почувствовали себя, лишь только переехали границу! Повсюду, в каждом городе, в самой незначительной деревушке, вид домов с ясными стеклами окон, с светло окрашенными решетчатыми ставнями, с сверкающими плитами тротуаров, с содержимыми в порядке оградами говорили о чистоте, уходе, порядке, домашней экономии, чувстве комфорта и домашнего уюта.

Сегодня утром возле Улеаборга природа сделалась суровой. Мрачная процессия двигается нам навстречу: это транспорт русских тяжелораненых, которые возвращаются из Германии через Швецию. Перевозочные средства, приготовленные для их приема, недостаточны. Поэтому сотни носилок стоят прямо на льду, а на них эти жалкие человеческие обломки трясутся под жидкими одеялами. Какое возвращение в отечество! Но найдут ли они даже отечество?

--------------

Иосиф Сталин
Петроград
Революция растет вширь и вглубь, захватывая новые сферы, вторгаясь в промышленность, в сельское хозяйство, в сферу распределения, ставя вопрос о взятии всей власти. Во главе движения идет провинция. Если в первые дни революции Петроград шел впереди, то теперь он начинает отставать. При этом создается впечатление, что Петроградский Исполнительный комитет старается остановиться на уже достигнутой точке.

Но в революционную эпоху невозможно устоять на одной точке, тут можно лишь двигаться — вперед или назад. Поэтому, кто старается остановиться во время революции, тот неминуемо отстанет, а кто отстал, тому нет пощады: революция толкнет его в лагерь контрреволюции.

--------------

Никита Окунев
Москва
В Петрограде съехались наши главные вояки: Алексеев, Брусилов, Гурко, Драгомиров и командующий Румынским фронтов Щербачев. Все еще не сказали они, что воевать бесцельно, и признали положение угрожающим, но не безнадежным. Правительственный кризис не закончен: несомненно, будет образовано коалиционное министерство, причем военным и морским назначается Керенский. В Месопотамии наши части встретили сильное сопротивление и вынуждены отойти назад.

Одним словом, «товарищи» поторопились с революцией и демократическими реформами. Надо бы дождаться, чтобы старое царское правительство само довело Россию до настоящего развала и позора, а потом уже и забирали бы страну в свои руки. А теперь? Бывший царь и его сотрудники злорадствуют, конечно: без нас-то — вон оно как пошло! Итак, наша революция, запоздав на целых 100 лет, пришла на полгода раньше, чем следует. Аминь!

-------------

Роберт Лансинг -> Вудро Вильсон
Вашингтон, США
Кажется, что некоторые ваши фразы используются радикальными социалистами (которые, скорее всего, находятся под немецким влиянием) для того, чтобы заставить Временное правительство вести политику, которая устранит главные стимулы для российских наступательных операций, а именно — контроль над Дарданеллами и владение Константинополем. Это ловкая схема для продвижения довода о том, зачем России продолжать участвовать в войне и не заключать сепаратный мир, если ее дальнейшие денежные и человеческие потери при продолжении войны не будут возмещены ни территориально, ни финансово.
--------------

Правда

С точки зрения буржуа все то, что происходит сейчас, конечно, есть «анархия». Подумайте только: крестьянин не хочет ждать насчет земли и прибегает к самочинным запашкам, рабочий не хочет ждать насчет 8-часового дня, солдат не хочет ждать насчет увеличения пайка и т. п. С точки зрения капиталиста и благонамеренного мелкого буржуа это какое-то столпотворение вавилонское, какой-то хаос и кавардак. Благонамеренному буржуа и в голову не приходит, что это и есть революция, что революция на то и есть революция, чтобы массы народа не ждали благодеяний сверху — хотя бы от самых благонамеренных чиновников от революции — а брали бы сами то, что нужно им для улучшения их горькой жизни, брали бы то, во имя чего они пошли на революцию.
serg_ya
18.05.1917

Ираклий Церетели

Петроград
Переговоры между правительством и нашей делегацией закончились в 2 часа утра. Коалиционное правительство было образовано в следующем составе:

5 министров-несоциалистов без определенной партийной принадлежности: кн. Львов (мин.–председатель и мин. внутренних дел), Терещенко (министр иностранных дел), Коновалов (министр торговли и промышленности), Львов (обер-прокурор Св. Синода), Годнев (государственный контролер).

4 министра, принадлежащих к кадетской партии: Шингарев (министр финансов), Мануйлов (министр народного просвещения), кн. Шаховской (министр государственного призрения), Некрасов (министр путей сообщения).

6 министров-социалистов, делегированных Советом: Керенский (военный и морской министр), Переверзев (министр юстиции), Пешехонов (министр продовольствия), Чернов (министр земледелия), Скобелев (министр труда), Церетели (министр почт и телеграфов).


-- Владимир Ленин
Мы поможем — в союзе с капиталистами — вывести страну из кризиса, спасти ее от краха, избавить ее от войны — таков реальный смысл вступления в министерство вождей мелкой буржуазии, черновых и церетели. Наш ответ: вашей помощи недостаточно. Кризис зашел неизмеримо более далеко, чем вы воображаете. Спасти страну, и притом не одну только нашу страну, в состоянии лишь революционный класс, проводя революционные меры против капитала.

---------------

Николай Суханов
Петроград, Таврический дворец
Чахлое дитя коалиции, появившееся на свет после трудных родов, встречено гораздо больше равнодушием, иронией и скепсисом, чем народным энтузиазмом. Даже те, кто ex officio бил в барабаны, не надеялись в душе на долгий век нового, кое-как сшитого кабинета. Но таких «восторженно приветствовавших» было немного. Это был, во-первых, несознательный обыватель, руководимый обывательско-бульварной прессой. А во-вторых, межеумочные, праводемократические группы, возглавляемые «Днем» или частью эсеровской печати.
---------------

Василий Кравков
7-й Сибирский армейский корпус
Газеты пестрят заголовками: «Грозный момент», «Тяжкий грех», «На краю гибели», «Анархия» — сообщениями об аграрных беспорядках и бесчинствах солдат… Ленинский Зиновьев, надсаживаясь, кричит: «Долой всех королей, монархов, буржуа, помещиков и прочих насильников!». Взывает к широкому братанию на всех фронтах. А мы почти все теперь психически больны, один из симптомов болезни — мания резонерства и словопрения. А масса пребывает еще в пеленках элементарной идеологии. Кто должен нести расплату за темноту народную? Остро сосет тоска по здравому смыслу и власти!
---------------

Владимир Ленин
Петроград
«Соглашательская» машина работает вовсю. К правительству капиталистов придаточек мелкобуржуазных министров, народников и меньшевиков, давших себя увлечь на поддержку империалистской войны. Побольше фраз, новых блесток, пышных обещаний, пестрой шумихи насчет «мира без аннексий» — и никакой решимости хотя бы даже перечислить точно, прямо, правдиво действительные аннексии, скажем, трех стран: Германии, России, Англии. Обмануть себя самих утопией поддержки капиталистов крестьянством (зажиточные крестьяне — еще не крестьянство…), утопией «наступления» на фронте (во имя «мира без аннексий»…) — надолго ли этого хватит, граждане старые министры и граждане новые министры?
---------------

Лев Троцкий
Петроград Таврический дворец
Я сказал Ленину, что меня ничто не отделяет от Апрельских тезисов и от всего курса, взятого партией после его приезда, и что предо мной стоит альтернатива: либо сейчас же «индивидуально» вступить в партийную организацию, либо попытаться привести лучшую часть объединенцев, в организации которых числилось до 3 тысяч рабочих в Петербурге и с которыми связано было много ценных революционных сил. Ленин категорически не высказывался ни в ту, ни в другую сторону.
---------------

Альфред Нокс
Петроград
Керенский теперь военный министр. Сегодня утром я направился в его официаль­ную резиденцию по адресу: Мойка, 67, где находился до при­бытия министра. Он отвел меня в свой кабинет и представил своим помощникам, полковнику Якубовичу и князю Туманову. Через пять-шесть дней после того, как «он восстановит порядок здесь», Керенский намерен отправиться на Юго-Западный фронт. Ох уж эти надежды на вечную весну! Я заявил, что рад его назна­чению, так как считаю его единственным, кто может спасти Россию.

Он спросил меня о том, «царит ли все еще паника в посоль­стве». А когда я собирался уходить, он попросил меня не пугать посла, собирая «пессимистическую информацию»!

----------------

Георгий Плеханов
Царское Село, Софийский б-р, 5
Я получил следующее послание:

«Товарищ Плеханов! Прочитав вашу газету “Единство” и обратив внимание на ваше воззвание “пролетарии всех стран, соединяйтесь”, я бы советовал вам писать: “буржуазия всех стран, соединяйся”, так как весь смысл вашей газеты противоречит рабочему и крестьянскому классу. Я открыто скажу, что вы — человек, продавший свою совесть капиталу. Прошу, товарищ, вас обратить внимание на то, что за вами никто не пойдет, кроме буржуазии.

Я говорю открыто и смело
Матрос Балт. Фл. Степан Кокотько.
24 апреля с.г.
Г. Ревель»


Когда я выпустил «Наши разногласия», тогда даже в среде образованных людей встречалось с доверием мнение, что я продался правительству. Теперь меня считают продажным только очень темные люди. Из этого следует, что Россия все-таки продвигается вперед, хотя и не с той быстротой, какая была бы желательна.

---------------

Елизавета Нарышкина
Царское Cело, Александровский дворец
Аня в религиозном экстазе; кажется, что сойдет с ума, если судить по тому, что пишут. Трагедия! В имении грабежи и поджоги: начинают солдаты, а затем к ним присоединяются местные крестьяне. В Мценском уезде творились ужасные дела; то же в Симбирске, Воронеже и других местах. Жгут и разрушают все ради разрушения, а стоит им добраться до пива или водки, напиваются, как дикие животные. Вот какими людьми наши утописты думали управлять своими красивыми речами! В настоящую минуту спокойствие восстановлено, но при малейшем толчке власть может перейти в руки террористов.
---------------

Правда

Никакого сепаратного мира в братании с немецкими солдатами нет и в помине. Мы предлагаем не просто пожимать руки этим солдатам, не просто обмениваться табаком и приветствиями. По-нашему, братание должно быть определенным сговором: мы скинули Николая, создали Советы рабочих и солдатских депутатов, скинем еще своих капиталистов и помещиков, а вы скидывайте Вильгельма, создавайте в Германии Советы рабочих и солдатских депутатов, скидывайте своих капиталистов и помещиков; давайте вместе добиваться братания на всех фронтах; давайте поведем революционную борьбу во всех странах.
---------------

Петроградский листок

Вчера выезжавшая в Петропавловскую крепость Чрезвычайная следственная комиссия производила допрос бывшего начальника охранки ген. Комиссарова. Этот узник находится на несколько исключительных условиях в крепости. Он «утопает в подушках», как образно выражаются наблюдающие. Ему разрешено иметь несколько подушек на том основании, что его голова должна покоиться высоко, так как тучность генерала вызывает у него носовое коровотечение, если голова покоится низко.

Исключительными условиями кроме Комиссарова воспользовалась и жена Сухомлинова, которая ссылается на болезнь почек, и потому пользуется правом надевать особый ортопедический корсет. Все остальные заключенные находятся на общем крепостном режиме.

--------------

Александр Жиркевич
Симбирск
Бедные мои Катя и детки! Все они перешли с хорошими отметками в следующий класс, а Маня окончила с золотой медалью. И нет возможности их чем-либо порадовать: средства наши иссякают, а дороговизна жизни растет. Сказал бы я им слово утешения. Но и слов-то таких у меня нет в запасе. Лгать же не хочется. Да они знают сами, что Россия гибнет…

Устроились кое-как в скромной квартирке. Я по привычке развесил остатки коллекций картин, которые собирались мною не для меня, а для Родины. И глядя на них, думаю: кому все это нужно, интересно?..

---------------

Ведомости комиссариата московского градоначальства
Москва
Ввиду новых выяснившихся обстоятельств, связанных с производством обуви, отменяю с сегодняшнего дня запрещение вывоза обуви из Москвы. Продажа обуви в розничных магазинах Москвы впредь будет производиться исключительно населению гор. Москвы, по предъявлении покупателями паспорта, на который продавец должен наложить штемпель своего магазина с обозначением дня продажи, причем каждому лицу может быть продана только одна пара обуви.

Комиссар по г. Москве Н. Кишкин
serg_ya
17.05.1917

Русские ведомости

Падение царской власти

(Речь простым людям о событиях в России)

…Израильтяне пришли к Ровоаму и сказали:
Отец твой наложил на нас тяжкое иго, ты же облегчи нам тяжкое иго, которое он наложил на нас, и тогда мы будем служить тебе.

И отвечал царь народу сурово и сказал:
Отец наложил на вас тяжкое иго, а я увеличу иго ваше: отец мой наказывал вас бичами, а я буду наказывать скорпионами.

…И отвечал народ царю и сказал: какая нам часть в доме Давидовом… по шатрам своим, Израиль! И отложился Израиль от дома Давидова до сего дня.

(III книга Царств XII. 3-10)

I
Вступление


Я живу в Полтаве, и здесь мне пришлось пережить 1905 год, когда после народных волнений вышел манифест о созыве Государственной думы, и нынешний 1917 год, когда пришли известия об отказе царя от престола и в России водворилась революция. Уже в 1905 году я видел, что простые люди, мало читающие газеты и не умеющие в них как следует разбираться, часто совершенно не понимали, что тогда происходило по всей России. Народ ловил всякие смутные и неверные слухи и готов был доверять всяким подстрекателям. Говорили, что во всем виноваты рабочие, подкупленные не то японцами, не то англичанами. Об этом приказано говорить даже священникам в церквах, но впоследствии эту выдумку само правительство вынуждено было опровергнуть. В Юго-западном крае, где много евреев, «смуту» приписывали евреям, которые будто бы хотят назначить своего царя. Вообще говорили много небылиц.

В то время многие старались разъяснить простому народу смысл происходивших событий и значение манифеста 17-го октября 1905 года. Вышло много книжек. В них говорилось между прочим, что за те права, которые царь обещал в манифесте, у всех народов, — у одних — раньше, у других — позже — шла великая борьба, и, раз получив их, ни один народ от них уже никогда не отказывался и не отдавал обратно. Такие обещания народам нельзя давать на ветер. Кто сеет такой ветер, тот пожнет бурю. И это оказалось правда: царь не сдержал обещания и не захотел в трудную минуту править вместе с выборными из народа, то есть с Государственной думой. Он распустил Государственную думу 26 февраля, а через несколько дней после этого потерял престол.

И опять многие жители городских окраин, жители дальних сел, деревень и хуторов не знают, в чем дело, откуда пришло это и куда приведет Россию. Для них эти события — как дальняя гроза: где-то гремит, где-то полыхает молния и дрожит земля… И простые люди спрашивают в тревоге: откуда пришла гроза, что сделалось там, в столицах, может ли земля быть без царя и кто же теперь будет править? И опять появляются тревожные слухи, дурные люди начинают сваливать все на одних рабочих или на евреев: всем видно, что против царского правительства поднялись все: генералы, офицеры, солдаты, рабочие, горожане и даже многие царские чиновники. За Петроградом тронулась Москва, а за Москвой — вся земля. Царь, не сдержавший обещаний, уходит. Русская земля остается и берет свою судьбу в собственные руки.

Я хочу рассказать в дальнейшем, как и отчего это вышло, но так как это началось и имеет свои корни в нашем прошлом, то вам придется хоть вкратце оглянуться назад.

II
Дом Романовых. Вал, отделяющий царей от народа. Петр Великий и Александр II. Народные надежды. Ходоки к царям


300 лет с небольшим прошло, как в России прекратился дом Рюрика. Законных царей не стало. В Москве засели поляки, с которыми Россия была тогда в войне. Народу самому пришлось тогда и оборонять государство, и водворить порядок. Народное ополчение справилось с неприятелем, а для водворения порядка был в Москве созван Земский собор.

Народ считал, что тогдашняя смута происходила только оттого, что прекратился законный царский род: цари стали меняться и спорить о власти. И все думали, что если наследственная царская власть утвердится прочно, тогда все пойдет хорошо. Поэтому Земский собор избрал царем Михаила Федоровича из дома Романовых, и с тех пор сам народ более в правление не вмешивался, ожидая всего от законных царей.

Через сто с лишком лет после этого шведский дипломат Мариан, приезжавший в Россию, писал о ней следующее: «Нет на свете столько недовольных, как в России, где правительство нисколько не заботится о благе народа и где сильные столь безнаказанно притесняют бедных и беспомощных. Недовольных тьма и в столицах, и во всей империи, хотя жалобы слышно лишь в беседах между близкими».

В России тогда царствовала Анна Иоанновна, а всеми делами правил ее любимец Бирон. Его правление памятно чрезвычайной жесткостью и несправедливостью. За всякое слово против него, за попытки жалоб или за простой ропот людей сажали в тюрьмы, пытали, предавали казням. Народ голодал, терпел и молчал.

Мариан говорит, что царица ничего не знала и — что всего хуже — не хотела и не могла знать. Она была совершенно недоступна для своего народа. «До нее никакие жалобы не доходят. Она окружила себя высоким валом». Это было писано в 1738 году. С тех пор утекло много воды, но высокий вал, из-за которого до царей не достигал голос народа, неизменно окружал престол Романовых. Это всем известно, русские писатели много говорили об этом и называли этот вал между царем и народом «средостением». Это средостение — временщики, любимцы, приближенные, министры, высшее чиновничество и знатное дворянство.

Русская литература всегда, сколько могла, боролась с ними. Великий поэт Лермонтов писал о них:

Вы, дружною толпой стоящие у трона,
Свободы, совести и чести палачи!
Стоите вы под сению закона,
Пред вами суд и правда — все молчи!

Простой народ тоже знал это и говорил со вздохом: «До Бога высоко, до царя далеко!». Но русский народ был народ темный и простодушный; татарское иго надолго задержало его просвещение и государственное развитие. У него не было таких учреждений, какие уже были у других народов. Он не смел рассуждать свободно о правлении царей и ни в чем не винил их. В своих песнях он называл царей «Надежа-Государь» и все ждал: когда-нибудь явится такой царь, который догадается раздвинуть окружающий его вал, удалит дурных советников и выйдет ко всему народу. И тогда для России настанет счастье. При каждой перемене царствования у народа эта надежда оживала: вот этот новый царь и будет настоящий народный царь, который выслушает голос своего народа и будет царствовать по правде… Но эта мечта о царской правде неизменно обманывала. Новый царь скоро тоже оказывался окруженным тем же валом. Прежних любимцев сменяли новые, но и новые правили по-старому.

Правда, вся, даже неграмотная Россия знает имена Петра Великого и Александра II. Петр понял, что России дольше нельзя оставаться во тьме и невежестве, и сильной рукой двинул ее по пути просвещения. Имя Александра II навсегда связано с освобождением крестьян от крепостной зависимости.

Но Петр Великий был человек суровый и жестокий и, не щадя себя, не щадил также своего народа. Роскошные здания основанной им новой столицы стоят на костях десятков тысяч людей, которых он беспощадно сгонял на работы со всех концов земли. Вообще, он возвеличил Россию как государство среди других народов и положил начало просвещению, но, более занятый войнами, прямо для своего народа он сделал не так много, как было нужно.

Александр II в начале царствования казался настоящим народным царем. Он освободил крестьян, дал России новые суды и ввел выборные земские и городские учреждения. Но он не довел этого дела до конца. Земские учреждения сделал односторонне сословными с малым представительством крестьян, а в городские Думы попали почти только домовладельцы и купцы. Потом вдобавок он сам как будто испугался и того, что сделал. Со второй половины царствования он стал портить и умалять дела собственных рук. Скоро вал, о котором говорил Мариан, «средостение», о котором писали русские писатели, сомкнулся опять и окончательно отделил «царя-освободителя» от его народа.

Народ не сразу этому поверил. Кто помнит 70-е и начало 80-х годов прошлого столетия, тот знает, какое множество мужиков с просьбами направлялось тогда к царю. В народе жила вера в царя, который освободил его. Он не хотел поверить, что и этого царя отделили навсегда от народа, что и он скрылся за валом. Деревенские ходоки целыми тучами, как мотыльки на огонь лампы или как морские птицы на фонарь маяка, стремились в Петербург. Там их не допускали к царскому дворцу, ловили и отправляли по этапам.

Я лично в своей молодости встречался в ссылке с такими ссыльными мужиками из ходоков. В их числе был один, Федор Богдан, крестьянин Радомысльского уезда Киевской губернии, которому удалось хитростью прорваться во время смотра в Москве и подать самому царю Александру II просьбу в собственные руки. Ничего из этого не вышло, а Богдан попал в ссылку в леса Вятской губернии. И он говорил мне: «Когда я сидел в своей деревне и пахал землю, то думал, что и весь хороший народ сидит дома и спокойно занимается своими делами, а в тюрьмах сидят только дурные люди. А как погнали меня за мою веру в царскую правду по тюрьмам да по этапам, то мне кажется, что и весь хороший народ теперь в тюрьмах и этапах. Кого тут я ни перевидел: и мужики, и студенты, и рабочие, и один член земской управы. Не воры и не мошенники, как я не вор и не мошенник. Вся земля хочет правды, да, видно, ее опять спрятали».

И у него уже не было веры в царя. Слушали его еще пять таких же ходоков, и у них тоже не было этой веры. Вообще, тогда началась великая ссора у лучших русских людей с лучшим царем из дома Романовых. Всем известно, как печально погиб Александр II. В народе распускались слухи, будто его убили помещики за то, что он отнял у них крепостных. Но это неправда. Во вторую половину своего царствования он удалил от себя всех прежних советников, которые с ним работали над делом освобождения. Они говорили ему, что нельзя останавливаться на полпути, надо вести дело освобождения дальше. Но он не послушал их и приблизил к себе врагов освободительного движения, которые старались изо всех сил вернуть, что только можно из старого. Царь, сделавший смолоду много хорошего, захотел остановить великий народ, двинувшийся вперед к свободе, отчасти по его призыву. Он погубил много хороших людей, которые хотели продолжать его дело, — и погиб сам.

Как бы то ни было, он все-таки сделал большое дело, и, несмотря на великие ошибки второй половины царствования, его имя навсегда связано с освобождением крестьян, с новыми судами и выборными земскими и городскими учреждениями.

III
Александр III


Сын его ни в чем уже не походил на отца. Ему говорили, что теперь нельзя уже управлять, не зная нужд народных, и что необходимо призвать выборных от всего народа. Но он послушался других советников, которые его убедили, что его отец погиб именно оттого, что дал свободу. Вообще, Александр III приблизил к себе самых худших, самых ненавистных советников, сам заперся в Гатчинском дворце, редко показываясь даже в Петербурге, и предоставил министрам уничтожать все хорошее, что оставалось еще от реформ Александра II. Он сократил число выборных от крестьян в земстве, ввел земских начальников, ухудшил новые суды, раздавал бывшим помещикам и дворянству народные деньги, возобновил позорное телесное наказание для крестьян и прямо ненавидел народное образование. На докладах он собственноручно писал: «Беда в том, что мужики отдают детей в гимназию». Его министр народного просвещения Делянов издал чудовищный приказ, чтобы гимназическое начальство опрашивало у учеников, богаты ли их родители, занимают ли хорошую квартиру и сколько у них прислуги. Это затем, чтобы детей бедняков удалять из гимназий и не допускать туда «кухаркиных и мужицких сыновей». И царь одобрял эти приказы своими собственноручными резолюциями.

В народе скоро угасла всякая надежда на этого царя, и даже ходоки больше не пытались дойти до него. Он скрылся от народа за глухими стенами своих дворцов, интересовался только жизнью дворян и придворных и удивлял всех незнанием и невниманием к самым важным событиям русской жизни. Известно, например, что в 1891-1892 годах Россию постиг великий голод, какого не было еще со времени Бориса Годунова. Уже в два предыдущие года был неурожай, который повторился и на третий. В своей книге «В голодный год» я приводил отзывы одного священника об этом страшном бедствии. Он писал: «Как священник и проповедник евангельской истины скажу следующее: идет беда за бедой, погибла жатва в поле, истлели зерна под глыбами земли, опустели житницы, не стало хлеба. Стонет скот и падает, уныло ходят стада волов, томятся овцы. Миллионы деревьев в лесах погорели. Огненная стена и столбы дыма были кругом… Слышится голос пророка Софонии: все истреблю с лица земли, говорит Господь: истреблю людей, скот и зверей, истреблю птиц пернатых и рыб».

Министры старались скрыть и это великое бедствие и отказать народу в помощи. Но выборные люди в земствах заговорили в один голос, так что пришлось все-таки признать огромную народную беду, пришлось много десятков миллионов выдать на продовольствие и обсеменение. Но это было сделано поздно, и много народу умерло от голода и болезней.

За голодом пришла холера. Она шла из Персии, проникла к нам через Астрахань и стала двигаться по Волге. Губернаторы были почти сплошь люди совершенно неспособные, маменькины сынки, которых назначали не для того, чтобы служить народу, а только чтобы выдавать им жалованье. Бакинский губернатор убежал от холеры в Кавказские горы. Саратовский, когда народ начал волноваться, спрятался на пароходе. Хуже всего сделал губернатор астраханский: он послал в море сторожевые суда и велел задерживать все подходящие из Персии и Кавказского побережья пароходы и не пускать их в Волгу. Но при этом не послал ни пресной воды, ни хлеба. Задержали, таким образом, в море более 400 пароходов и баржей с людьми здоровыми и больными. Больные умирали, здоровые томились жаждой и голодом, а помощи не было. Наконец, в один день появился от Астрахани пароход. Все смотрели с надеждой, что он везет хлеб и воду, но когда пароход подошел ближе, то оказалось, что на нем привезли… гробы! Это была только неспособность и глупость губернского начальства, но в народе родилась уверенность, что это нарочно приказано докторам морить людей. Когда, наконец, не стало возможности удерживать в море такую массу судов и их пустили в Волгу, то измученные люди кинулись по реке кверху и всюду разнесли весть о своих мучениях и о гробах вместо хлеба. Тогда город за городом стали охватывать холерные бунты. Темный народ поверил злобной выдумке, будто доктора по приказу высшего начальства нарочно морят народ. Кинулись поджигать больницы, избивали сестер милосердия, фельдшеров и врачей, которые с опасностью жизни работали на пользу того же народа.

После наступило усмирение и военные суды над бунтовщиками. При этом в одном Саратове более 20-ти человек, повинных только в темноте, было приговорено к смертной казни. Военные суды выяснили позорное поведение губернаторов и постановили доложить об этом высшему начальству.

Казалось, хоть после этого царь узнает, как отличились его ставленники. Вся Россия ждала, что приволжские губернаторы будут преданы суду. Но через некоторое время все, наоборот, с удивлением прочитали царские приказы: и бакинский губернатор, убежавший в горы, и астраханский, распоряжения которого вызвали бунт, и саратовский, спрятавшийся как последний трус на пароходе, так что полиция едва его там разыскала, получили награды. Это показало всей стране, что через вал, которым окружены цари, не могут проникнуть не только тихие мольбы, но даже громкие крики и стоны народа; царь читал только ложные донесения министров и по ним действовал.

И случилось как раз, что именно в это мрачное время исполнилось 10 лет со времени коронации Александра III, десять лет его якобы «благополучного царствования».

Все лучшие люди России хорошо понимали, какое это благополучие, но у них были зажаты уста, а казенная Россия вся изолгалась, и потому отовсюду шли поздравления.

В Москву царь приехал сам, чтобы лично принять приветствия первопрестольной столицы. В генерал-губернаторском дворце собрались представители дворянства. Царь вышел к ним, и первые слова, которыми он начал речь, были следующие: «Слава Богу, десять лет прошли благополучно». Люди, присутствовавшие на этом царском приеме, рассказывали, что эти слова о «благополучии» поразили даже высшее дворянство. Присутствующие переглядывались: неужели русский царь считает благополучием голод, холеру, бунты и казни своих подданных.

На следующий день официальные телеграммы разнесли эту речь царя во все концы русской земли. Их читали в изголодавшихся губерниях, читали на Волге, читали всюду, где были грамотные люди в городах и селах. И все узнали, что беда народная недоступна царскому слуху, что он судит о жизни своего отечества лишь по донесениям дворцовой и полицейской охраны. Никто его лично в его дворце не обеспокоил, значит, Россия счастлива!

IV
Николай II


В 1894 году Александр III умер. На престол вступил его сын Николай II. И опять на Руси ожили всегдашние надежды. Говорили, что молодой царь — человек добрый и благожелательный. Передавали, что, принимая проездом из Крыма разные депутации, он говорил о единении «со всеми сословиями» и о «всей русской земле» (а не об одном дворянстве).

14-го ноября молодой царь женился на гессенской принцессе, немке. По этому поводу опять рассказывали, что в Петербурге во время торжеств полиции не было. Были только войска, конные жандармы и дворники. Это привело народ в такой восторг, что царя встречали и провожали радостными криками, и он имел случай убедиться, что русский народ все еще верит в царей и надеется на него лично. И эта народная надежда охраняла его лучше, чем ряды ненавистной народу полиции. Хотя есть поговорка: добрая слава лежит, худая бежит, но она к царям не относилась. О них, что бы они ни делали, дурная правда молчит, а хвалебная ложь распространяется свободно. И опять по городам и селам, до дальних деревушек стали зарождаться надежды на царскую правду. Рассказывали, будто молодой царь ходит без охраны по улицам, вступает в разговоры с простыми людьми и студентами, что он не допустит, чтобы вал окружал и его, как всех царей. Заговорили об этом в земствах, в городских Думах. У земства были свои заботы. Земство — учреждение всесословное, и хотя в нем преобладали дворяне и богатые землевладельцы, но были и мужики, и выборные из мелких владельцев. Но у земства не было права, которое было у дворянства, — докладывать государям о народных нуждах и жалобах прямо, минуя высших чиновников. И вот теперь на земских собраниях лучшие земские люди заговорили об этой несправедливости и готовились просить, чтобы земству дано было это право.

Первое задумало ходатайствовать об этом тверское губернское земское собрание. Составили всеподданнейший адрес, он был прочитан и принят собранием, причем против него пошли только 8 земских начальников. Но местный губернатор поспешил опротестовать постановление собрания и адрес к докладу царю не допустил. Земцы решили послать адрес на высочайшее имя через министра двора гр. Воронцова-Дашкова. Но и тот не согласился его представить и ответил, что адрес возвращается тому же тверскому губернатору без рассмотрения. Всесословному учреждению нельзя было пробиться к царю со скромной просьбой. Оно натыкалось всюду на то же чиновничье средостение. И молодой царь уже был окружен валом.

Оставалась одна надежда. В январе был назначен прием депутации от всей земли с поздравлениями по случаю царского бракосочетания. Земцы решили при поздравлении и подаче хлеба-соли опять повторить свои просьбы и надежды, изложенные в адресе. Но высшее чиновничество тоже готовилось и принимало свои меры. Тогда был еще жив Победоносцев, злейший из советников прежнего царствования, и теперь он овладел всецело новым царем…

Это стало видно уже с ноября 1894 года: полиция опять принялась по-старому усмирять всякое вольное движение. Заволновались студенты. Все говорили о том, что опять начались аресты и высылки без суда, давно опротивевшие всему народу. Но Россия привыкла надеяться, и хотя многие давно поняли сущность самодержавия и смеялись над этими надеждами, но они все-таки жили, и общество ждало чего-то. 19-го января 1895 года в Петербург съехались со всех концов представители сословий и учреждений и в назначенный час явились в царский дворец с хлебом-солью, с благодушными поздравлениями и упованиями. Все знали, что эта минута будет решительной, что новый царь скажет какое-то важное решающее слово.

И он его сказал. В 12 часов дверь открылась, и царь вышел в залу, наполненную придворными, депутатами от сословий и учреждений. Царь был взволнован и держал в руках фуражку. Пройдя шагов 20, остановился и стал говорить нетвердо и заглядывая в фуражку, где у него лежал клочок бумаги с написанной речью. Впоследствии говорили, что речь была написана Победоносцевым и положена в фуражку, чтобы молодой царь не сбился. Под конец речи он почти кричал нервным и взволнованным голосом. И в этом крике молодого царя вся Россия услышала ответ высшего чиновничества на скромную просьбу, изложенную тверскими земцами.

О чем они просили? О, они просили немного! Вот точная выдержка из их адреса: «Ваше Императорское Величество! В знаменательные дни начала Вашего служения русскому народу земство приветствует Вас приветом верноподданных. Мы питаем надежды, что с высоты престола будет услышан голос нужды народной… Что законы будут исполняться неуклонно, как со стороны народа, так и представителей власти, ибо закон должен стоять выше случайных видов представителей этой власти… И, наконец, мы ждем, Государь, возможности и права для общественных учреждений выражать свое мнение по вопросам, их касающимся, дабы до высоты престола могло достигать выражение потребностей и мысли не одних только представителей администрации (т. е. чиновничества), но и народа русского».

И это все! Вот с какими смиренными просьбами обращалось всесословное земство к русскому царю в 1895 году. Но высшие чиновники увидели в этом великую для себя опасность. Им не понравилось, что в адресе говорилось о служении царя русскому народу. Они внушали царю, что все отечество должно служить ему, а не он отечеству. Еще хуже казалось им требование, чтобы они, чиновники, тоже исполняли законы, а самое худое — чтобы выборные люди могли докладывать хотя бы только о местных делах прямо царю, помимо их. Это значило бы, — думали они, — что средостение будет устранено и до царя будет доходить подлинный голос земли…

И вот старый царедворец подсказал царю ответ русской земле. Речь царя была напечатана во всех газетах. Он закончил ее так: «…Мне известно, что в последнее время слышались голоса людей, увлекшихся бессмысленными мечтаниями об участии представителей земства в делах внутреннего управления. Пусть все знают, что я… буду охранять начало самодержавия так же твердо, как охранял его мой незабвенный покойный родитель». Надо заметить, что тогда на самодержавие еще никто не покушался, и просьба земцев состояла в том, чтобы не одни чиновники и не одно дворянство имели право обращаться к государю с просьбами и жалобами.

И это смиренная мольба была названа бессмысленными мечтаниями. То есть молодой русский царь объявил всей России, что он по-прежнему останется царем одного дворянства и чиновничества, а голоса всех остальных сословий выслушивать не желает.

Впечатление от этой речи было так неожиданно, что, подходя с хлебом-солью, один депутат уронил подношение на землю. Кучка предводителей дворянства тотчас после приема отправилась в Казанский собор служить молебен: слава Богу, все останется по-старому. И этот царь будет наш. Но это была именно только кучка. Все земские люди, даже лучшие из дворян, уходили с царского приема с горечью в сердце, с оскорблением в душе. И по всему Петербургу, а затем и по всей России разнеслась весть о том, как русский царь принял своих подданных, подданных, подносивших ему хлеб-соль, и как он, точно ученик, вычитывал по бумажке то, что ему подсказано злым духом царских палат — Победоносцевым. Значит, конец упованиям, конец ребяческим надеждам! России было сказано откровенно, что ее надежды на царя — только мечта, и притом мечта бессмысленная, что давно уже знали те, кто боролся с самодержавием, кто изведал за это тюрьмы и ссылки.

Теперь к ним примкнуло много людей, доселе еще веривших в старую сказку. Я жил тогда на Волге, где много старообрядцев, людей начитанных в Священном Писании. И один из них, вспоминая библейское сказание о Ровоаме, говорил среди публики на пароходе: «Да, теперь русский народ скажет, как израильтяне сказали Ровоаму: “Нет нам части в доме Романовых”». Но в простом и темном народе надежда еще жила, и нужно было много тяжелых уроков, чтобы ее разрушить.

Царствование Николая II не поскупилось на эти уроки. Они достались русскому народу страшно тяжело, путем долгих страданий, которые привели Россию на край гибели.

V
Ходынка


14-го мая 1895 года происходило коронование Николая II и его молодой жены. Цари всегда коронуются в Москве. И на этот раз торжество тоже происходило в Успенском соборе.

Народ по-старому радовался, кричал «ура» и наполнял улицы, точно в самом деле ему готовилось Бог весть какое счастье. И царь захотел сделать своему народу подарок на радостях. Было устроено гулянье на огромном Ходынском поле, и народ вперед оповещали, что на память о торжестве добрый царь со своей царицей заготовили для раздачи своим верным подданным кружки с царскими вензелями и портретами. И на эту пустую приманку хлынули сотни тысяч людей из города Москвы и приезжие из других городов и деревень.

Известно было, что высшее распоряжение праздником было поручено помимо городской Думы и даже прежних полицейских приближенным любимцам нового царя, и те распоряжались, не спрашивая опытных людей, самонадеянно, уверенно и глупо.

День выдался хороший, праздничный. Народу высыпало видимо-невидимо, так что становилось страшно глядеть на это людское море, колыхавшееся, точно настоящий океан. Особенная давка происходила около деревянных балаганов, где были выставлены царские подарки. Ожидали сигнала, чтобы броситься к этим балаганам, а в ожидании толпа колыхалась без мысли и воли, точно колосья под ветром. Очевидцы говорили, что уже заранее ужас охватывал от предчувствия беды; уже некоторые падали, кричали дети, женщинам делалось дурно. Наиболее благоразумные старались выбраться из толпы. Но вся толпа была охвачена, точно безумием, желанием получить десятикопеечную царскую бирюльку, чтобы с торжеством принести ее домой и поставить в красный угол под иконами.

И вот сигнал был дан. Толпа кинулась к балаганам. Задние напирали на передних. Передние не могли попасть в тесные проходы. Их прижимали к углам ограды, к стенам, перегибали пополам на барьерах и раздавливали. Раздались нечеловеческие крики. Начался слепой ужас. Кто падал, тот уже не подымался, — его топтали, не глядя и не рассуждая, насмерть… Толпа, не зная, куда податься, кидалась из стороны в сторону. Люди мяли друг друга… Между прочим, кинулись в одну сторону, где была канава, ничем не огражденная. Толкаемые сзади, люди падали друг на друга и задыхались.

Когда это торжество с царскими подарками кончилось, на площади оказалось множество трупов. Их уложили рядами. Родные узнавали тут своих, и над Ходынкой, над прилегающими к ней местами, над всей Москвой встали плач, стоны, отчаяние…

Так кончился царский праздник с подарками доброму московскому народу. Ждали, что будет наряжено строгое следствие, что будет установлено, по чьей вине случилось это великое несчастье. Конечно, погибших этим не воротишь, но народное чувство нашло бы некоторое удовлетворение в сознании, что и царь тоже огорчен и разгневан невнимательностью и беспечностью распорядителей, виновных в гибели стольких людей. Но, так же как у его отца после холерных бунтов, настоящих виновных не нашлось. Царю не хотелось огорчить распорядителей, ему знакомых и известных, и они получили свои награды.

Придворные говорили: «Какой добрый наш царь. Он не захотел огорчать распорядителей в эти радостные дни». А горя и отчаяния тех тысяч простых людей, которые на царском празднике потеряли своих жен или мужей, братьев или детей, «добрый царь» не видел и не хотел слышать, и некому было смело сказать ему об этом. Ходынское бедствие бросило мрачную тень на начало нового царствования. Люди суеверные видели в нем пророческое предзнаменование и дурную примету. Но и люди, не верующие в приметы, тоже качали головами, читая о продолжающихся придворных торжествах. Да, — говорили они, — это дурной знак: как и его отец, новый царь глядит только глазами вельмож и знати и из-за них не видит и не слышит России. И тогда же новое царствование назвали «кровавым».


продолжение следует...
serg_ya
...продолжение...

VI
Японская война. Волнения. Петербург посылает последних ходоков к царю. Забастовка 1905 года. Манифест 17-го октября


Японская война всем еще памятна. По почину Николая II было созвано международное совещание в г. Гааге, где разные народы принимали восстановления против возможных войн, но скоро наш царь сам нарушил мир и начал войну без надобности и без цели.

И опять это пошло из-за интересов придворных лиц и знати. Некоторые знатные господа выхлопотали себе крупные лесные подряды на реке Ялу, за нашей восточной сибирской границей, в чужой земле, и ввели туда рабочих и переодетых рабочими солдат и казаков. Им это было очень выгодно, но это могло грозить войной, так как раздражало близких соседей-японцев. Об этом некоторые лица предупреждали царя, указывая на опасность войны. Но он опять высказал свою «доброту» к камергеру Безобразову и его компаньонам, просившим поддержать выгодное для них дело. Кроме того, высшие чиновники говорили царю, что народ требует преобразований, и даже крестьянство (в 1902 году) во многих местах волновалось, требуя земли. А победоносная война может надолго смирить народ и задержать его требования… И вот началась война, погубившая сотни тысяч русских людей в далекой, ненужной России земле. Оказалось, кроме того, что чиновничье управление довело все дела до полного расстройства: крепости, которые значились на бумаге готовыми, оказались не готовы, интенданты воровали, военные начальники ссорились между собой, корабли оказались старыми и плохими, и Россия несла поражение за поражением.

Недовольство царским правительством широко разливалось в народе. Чувствовалось, что самодержавие расшатывается. Противники его являются уже не только среди образованных людей, но и в народных массах. Это, конечно, замечалось и раньше, и правительство принимало свои меры. Против агитации противников царской власти оно вело свою агитацию, для чего заводило рабочие Общества, где подкупленные ораторы доказывали рабочим и простому народу, что он должен по-прежнему надеяться только на царя и не должен верить его противникам.

Такое Общество было основано сначала в Москве, а потом, в начале 1904 года, и в Петербурге. Оно возникло по почину полиции и священника Гапона и носило название «С.-Петербургского Общества фабричных и заводских рабочих». Одной из целей этого Общества было отвлечение рабочих от преступной пропаганды противников царской власти. Во главе этого Общества стал священник Георгий Гапон, уроженец Полтавской губернии. Он считался вполне благонадежным. Ему покровительствовали высшие духовные лица и некоторые министры, и он получил полную свободу общения с широкими рабочими кругами, которые массами записывались в новое Общество.

Сначала это начальству нравилось. Гапон был прекрасный оратор. Рабочие плакали, когда он говорил об их тяжелом положении, и приходили в восторг как дети, когда он советовал надеяться на царя. Толпа жадно ловила каждое его слово. Его речи падали на благодарную почву; он будил ту закоренелую веру в царей, которая искони гнездилась в сердцах простого народа, и обращал народные надежды туда, куда они обращались по привычке, унаследованной от отцов и дедов. И полиция этому не мешала. Число слушателей Гапона и других ораторов росло со страшной быстротой. На собрания сходились заводские рабочие и их жены, приходили ютившиеся в окраинных кварталах простые люди, простодушные и бедные. И все эти толпы ловили в словах ораторов свои собственные упования. На собраниях становилось так тесно, что некуда было упасть яблоку, и во всей толпе росло волнение оживающих надежд. Полиция не рассчитала, однако, что в этом есть тоже большая опасность: надежду народа можно раздуть в такое пламя, которое потом потушить трудно. Казавшаяся «благонамеренной» с начальственной точки зрения агитация гапоновцев сеяла ветер, из которого выросла буря. Народ поверил и сделал свои заключения: «Если так, если вся наша надежда в царе, то пойдем к нашему “Надеже-Государю” и скажем всю правду о народных нуждах и народном горе». Остановить эту мысль, прорвавшуюся как буря из глубины народных душ, уже было невозможно. Она росла, крепла и вскоре выросла в определенное намерение: население рабочих окраин решило еще раз послать своих ходоков к царю, как это делала когда-то мужицкая Русь. Только теперь вместо отдельных посланцев к царскому дворцу должны были двинуться десятки тысяч народа. «Если правильно, что царь — отец, а мы — его дети, то пусть же он нас примет и выслушает».

В Петербурге все происходившее на рабочих собраниях было известно. Все говорили об этом, все были захвачены и взволнованы, во всех это подымало страшную тревогу. Люди, давно изверившиеся в царскую власть, давние ее противники, так называемые неблагонадежные, революционеры, студенты старались удержать рабочих, являлись на их собрания и говорили: «Одумайтесь, не ходите к царю. Это бесполезно. Он вас не примет, не захочет выслушать. Вас встретят выстрелами и штыками». Но рабочие не верили. Они говорили: «Вы — враги царя. Вы не его дети. Мы ему верим и пойдем к нему, как к отцу, с женами и детьми. У нас не будет оружия, а впереди пойдет священник с крестом, и мы понесем иконы. Не может быть, чтобы батюшка-царь позволил стрелять в своих безоружных детей».

Тогда наиболее горячие люди, из молодежи истудентов, видя, что им не удержать рабочих, охваченных пламенной верой в царя, захотели пристать к их шествию, назначенному на 9-е января (1905 года). «Будут стрелять, так пусть стреляют и в нас». Но вожаки рабочих не согласились. Они хотели, чтобы было ясно, что тут нет царских противников, а есть только простой народ, верующий и покорный. Ночь на 9-е января прошла в Петербурге в страшной тревоге. Многие не спали в эту роковую ночь, и когда стало известно, что наутро рабочие все-таки двинутся ко дворцу, то наиболее уважаемые общественные деятели и писатели решились обратиться к министрам и убедить их допустить народ к царю и ни в каком случае не стрелять в безоружную толпу. Они отправились к министру Витте и другим министрам, подняли их в 2 часа ночи и стали умолять предотвратить пролитие крови. Но ничего не добились, сами попали вскоре в Петропавловскую крепость.

Наутро началось огромное движение рабочего народа с окраин к центру города, к тому месту, где над Невой красуется Зимний дворец. В этом дворце жил когда-то Александр II. Тут он появился в дни освобождения крестьян и говорил народу с балкона. Сюда с давних времен с тоской и надеждой пробирались мужицкие ходоки, тут бродил когда-то и Федор Богдан, пряча за пазухой прошение и выжидая случая подать его самому царю. Теперь сюда же медленно двигались тысячи народа со своими упованиями. Они верили: вот они подойдут ко дворцу. Царь выйдет к ним. Они окружат его, как дети окружают отца. Он их выслушает, и они увидят наконец того измечтайного народного царя, образ которого целыми веками носился перед умственным взором их отцов и дедов и прадедов…

Вся столица с трепетом ждала, что будет, когда эти мечты столкнутся с суровой действительностью. На окраинах полиция старалась остановить двинувшихся рабочих, но им удалось прорвать или обойти эти преграды. Они рассеивались, обходили заставы и опять сходились в городе. И вот уже на улицах города стали появляться и расти огромные толпы. Среди них действительно были женщины и дети… Впереди шли священники, несли иконы… И эти люди радостно говорили всем, что идут к своему царю, с надеждой на царскую правду…

Тогда случилось то, что предсказывали рабочим их друзья. В разных местах, на северной, южной, западной и восточной сторонах от дворца, на далеких расстояниях от него были расставлены войска. Таким образом, царский дворец был как бы опоясан цепью штыков, а через некоторое время по команде он опоясался дымом, огнем выстрелов и кровью…

Самые худшие предсказания врагов царской власти сбылись. Прежним одиночным ходокам отвечали тюрьмой и этапами. Теперь, когда к царю шел весь рабочий народ столицы, ему ответили расстрелом… Независимой печати было запрещено писать об этом что-либо, кроме лживых официальных сведений. Но печать не исполнила этого приказа, и верные известия, несмотря на цензуру, вскоре прорвались на страницы газет и журналов. В «Правительственном Вестнике» сообщалось, что в больницы доставлено 76 убитых и 233 раненых, но другие газеты писали о тысяче и более убитых. Раненых мужчин, женщин и детей было гораздо больше.

Так «кровавый царь» Николай II Романов повторил московскую Ходынку в Петербурге. В Москве народ поплатился из-за беспечной погони за царскими подарками. Но там, с другой стороны, было только легкомыслие и небрежность. В Петербурге кровь народа пролита сознательно, по приказу; народ поплатился за ребяческую веру в царскую правду.

Это были последние ходоки русского народа к царю. Правительственные газеты писали, что 9-го января погибли бунтовщики, подкупленные англичанами и японцами. Но никого уже обмануть этим было нельзя. 9-го января убиты не бунтовщики и не крамольники. В этот день убита детская вера простодушного народа в своих царей. Вера эта с того рокового дня больше не воскресала в столице. Да и вся Россия к концу несчастной войны поняла, куда ведет страну самодержавие и что пора бросить пустые надежды на ходоков, пора прекратить напрасные поиски царской милости. Нужны не ходоки, не смиренные просители о народных нуждах, а постоянные выборные от всего народа, которые должны издавать законы и следить за их выполнением, а царь обязан их выслушивать, как властный голос народа.

Из-за этого во всей стране начались волнения. Они особенно усилились к концу войны и затем выразились в памятной забастовке 1905 года. К ней сразу примкнули железнодорожные рабочие, и движение остановилось по всей России, как по мановению волшебного жезла. Поезда точно заснули на маленьких станциях, где их застала забастовка. Паровозы нетопленые стояли на запасных путях; на рельсах от горизонта до горизонта не видно было ни поезда, ни дыма; прекратилась доставка почты, а с 12-го октября смолк и телеграф, так как почтово-телеграфные служащие примкнули к железнодорожникам. В городах остановились заводы и трамваи. Вся жизнь в великой стране прекратилась. Россия стала похожа на сонное царство, о котором говорится в сказке.

Простой народ не сразу и не всюду понял тогда значение этой забастовки. Опять говорили о японцах, англичанах и евреях. Кое-где волновались потому, что прекращение движения нарушает обычную жизнь. Но теперь всем уже ясен смысл забастовки.

Трудовая Россия говорила царю: «Вы можете ссылать, казнить, усмирять, давить свободолюбивых людей. Не хитрое дело называть стремления народа бессмысленными мечтаниями, отвечать на них тюрьмами, этапами, выстрелами. Но знайте же, что штыками вы не вспашете наших необозримых полей, не пустите в ход сотни тысяч заводских станков, не выучите детей необходимым наукам, не восстановите движения на пространстве великой страны от Балтийского моря до Великого океана. Уничтожить и запретить что угодно вы пока можете, но создать ничего не можете без трудового народа». Это было так ясно, что даже этот царь, слепой и глухой на голос народа, испугался. Еще недавно называвший бессмысленными мечтаниями скромную просьбу земцев, он 17-го октября 1905 года издал манифест, которым выборные от народа призывались к законодательству и управлению страной.

Тогда, как в сказке, заколдованное царство проснулось: опять задымились паровозы, двинулись поезда, заработал телеграф, задвигались на заводах маховые колеса и приводные ремни. То, чего не могли сделать приказы царя и штыки, сделала надежда на свободу…

VII
Нарушение обещаний. Реакция. Царь-помещик. Россия-вотчина. Распутин


Несчастие царей — всегдашняя неискренность и лживость обещаний, даваемых в минуты испуга перед народным движением.

Когда забастовки стихли, царь и его приближенные стали думать и том, как вернуть прежнюю неограниченную власть и прежние порядки. Я не стану подробно излагать то, что всем еще памятно. В мае собралась первая Государственная дума. Прежде всего она обратилась к царю с требованием амнистии за политические преступления.

Царь отказал. Дума потребовала также уничтожения полевых судов, приговаривавших десятками к смертной казни. Министры ответили казнью сразу 8 человек, которые вдобавок по общему голосу были осуждены невинно. Таково было начало. Хотя было очевидно, что царь, разделивший якобы полноту власти с народным представительством, уже не есть царь самодержавный, но он не отказался от этого титула, и единственный епископ, Антонин Нарвский, который в своей епархии исключил слово «самодержавнейшего», попал в опалу.

Если бы с 1906 года Государственной думе не помешали работать, то сколько за это время можно было бы сделать, сколько решить важнейших вопросов русской жизни. Первая Дума, хотя собранная на основании несовершенного выборного закона, была все-таки самая лучшая и независимая. Поэтому царь ее распустил и решил собрать вторую, а затем и третью, в которой еще урезал представительство от крестьян, рабочих и вообще широких народных слоев.

Придумывали всякие средства, чтобы в Думу попадали больше дворяне, угодные правительству священники и чиновники. Для этого не останавливались перед угрозами, насилием и беззаконием. Людей, которым народ верил, ссылали без суда и следствия. Кроме того, над Государственной думой стоял еще Государственный Совет, состоявший из высших сановников, частью даже не выборных, а назначаемых самим царем, в котором большинство было обеспечено за министрами. Этот Совет задерживал все лучшие законы, вырабатываемые Государственной думой, и тормозил ее работу. Вот почему за эти 11-12 лет Дума сделала для народа так мало. Она была неправильно составлена, и ей еще мешали работать. Наконец, была созвана 4-я Дума. Казалось, она должна быть уже совсем покорна царю и его министрам. Самодержавие возвращалось во всей силе. Романовы всегда смотрели на Россию как на свою вотчину. Недаром один из них сказал, что он — первый помещик. Его поместье была вся Россия. Министры — простые бурмистры, исполняющие только волю барина. И, как в старину в крепостных поместьях бурмистры, льстя и кланяясь хозяевам, ворочали ими как хотели, так и в России вертели царями приближенные и любимцы. При Николае II это достигло небывалых размеров.

Всем известно имя Распутина. Оно прогремело не только по всей России, но и по всему миру. Да и не мудрено. Это был сибирский крестьянин, неграмотный, но очень хитрый, пронырливый и ловкий. Он обладал особым уменьем влиять на женщин. Через некоторых духовных лиц и придворных дам он пробрался во дворец и успел убедить царицу в своей особенной силе исцелять болезни. Понемногу он не только втерся в царский дворец, но и овладел волей царицы, которая смотрела на все его глазами. А за нею покорно шел слабовольный царь. И вот случилось небывалое и почти невероятное. Пронырливый полуграмотный проходимец стал ворочать судьбами России и даже назначать министров.

Старая поговорка говорит, что сердце царево в руце Божией. Но это, однако, не мешало тому, что сердце Анны Иоанновны было только в руках Бирона, сердце Екатерины — в руках сменявшихся любимцев, которым она сотнями тысяч закрепощала народ, сердце Александра I — в руках свирепого Аракчеева, который замучивал пытками своих крепостных и солдат военных поселений, сердцем Александра III распоряжался мракобес Победоносцев… А при последнем Романове дело дошло до того, что многие говорили: «Теперь у нас царствует не Николай II Романов, а Григорий I Распутин».

VIII
Великая война. Требование министерства доверия и борьба с Гос. думой. Убийство Распутина великими князьями


В таком положении полного безвластия и господства случайных людей застала Россию и ее правительство величайшая война, какую когда-либо видел мир. Для нас это была уже не японская война, прогремевшая на дальней сибирской окраине. Теперь неприятель был у самых наших границ. Поэтому и русское общество, когда война уже разразилась, охватив почти всю Европу и грозя перекинуться в другие части света, отнеслось к ней иначе, чем к японской. Земства и города объединились в союзы, их поддерживала Государственная дума, и вскоре стало ясно, что общественные учреждения дают незаменимую помощь нашей армии и что без них войну вести невозможно.

Но тут перед всей Россией встал грозный вопрос: армия борется на границах, выборные учреждения стараются помочь ей в тылу, устраивая лазареты, питательные пункты, доставку продовольствия и снарядов, организуя работу на фабриках и заводах. А что же делало царское правительство?

Оно всегда боялось выборных учреждений и теперь мешало общественной работе, стесняло деятельность союзов, упорно арестовывало и ссылало рабочих, которых избирали в военно-промышленные комитеты для помощи в делах обороны. И Государственная дума, и вся страна громко требовали, чтобы царь сменил своего первого министра Штюрмера и Протопопова, которого провел в министры Распутин, и чтобы был составлен другой Совет министров из людей, которым Россия верит, что они не предадут ее. Они должны давать отчет во всех своих действиях и в том, что сделано царем по их совету. Лишившись доверия Государственной думы, они должны выходить в отставку.

Царь по закону ни за что ни перед кем не отвечал. Так нужно было, чтобы отвечали хоть его советники за те дурные советы, которые они тайно от представителей народа нашептывали царю.

Царь не хотел и слышать о таком ответственном министерстве. Он хотел по-старому назначать и удалять своих бурмистров только по своей воле, а это значило, что будут продолжаться интриги, подкупы и борьба за власть около Распутина. Плоды такого порядка уже были налицо. Военным министром в начале войны был Сухомлинов. Приближенным последнего был полковник Мясоедов, бывший жандарм, провокатор и сыщик. Еще до войны теперешний военный министр, а тогда депутат Гучков, заявил открыто, что Мясоедов подкуплен иностранной державой и сообщает ей наши военные тайны. Но Сухомлинов не захотел удалить Мясоедова и, когда началась война, дал ему важное поручение в действующей армии. И русские войска понесли тяжкие поражения в Восточной Пруссии, причем было очевидно, что кто-то сообщил врагам важные известия. Вскоре открылось, что Мясоедов был действительно давний немецкий шпион. Его уличили в этом, и он был повешен с такой торопливостью, точно власти боялись, чтобы он не рассказал чего-нибудь лишнего.

Всем памятно, как наша армия отступала с Карпат, без пушек, без снарядов, почти без оружия, отбиваясь от наседавших немцев чуть не голыми руками. После этого царь наконец вынужден был удалить Сухомлинова, но все-таки не захотел переменить остальной состав министерства. Дума предъявляла самые скромные требования. Она просила, чтобы царь своей властью назначил «министерство доверия» из людей, известных Думе и народу, с которыми можно работать.

Николай II поступил наоборот: он стал настойчиво удалять как раз тех министров, которые еще работали в согласии с Думой и общественными учреждениями. Так был удален министр народного просвещения гр. Игнатьев и заменивший Сухомлинова Поливанов. Всем было видно, что удалены они лишь потому, что согласны работать с Государственной думой. И в этом опять была видна рука царицыной партии и Распутина.

Так самодержавие вступило в открытую борьбу с народным представительством. Дума то и дело отсрочивалась. Ей хотели показать, если она не смирится, то ее распустят совсем. Но когда стихала Дума, то раздавался голос русской земли: со всех земских собраний, со всех съездов неслись заявления о сочувствии Государственной думе и ее требованиям. А когда Дума опять собиралась, то было очевидно, что она не намерена смириться. После одного из таких роспусков четвертая Дума заговорила таким решительным языком, к какому цари еще не привыкли, а председателю Совета министров Штюрмеру в заседании 1-го ноября прошлого года было прямо брошено обвинение в измене.

Вся Дума, за исключением крайних правых, поддерживала говорившего об этом Милюкова. Самые умеренные депутаты произносили гневные речи, и даже в покорном Совете зазвучали отголоски народного негодования.

Это было так внушительно, что даже при дворе увидели опасность, грозящую престолу Николая II. Заговорили о «темных силах», которые столпились около царя и царицы, даже некоторые министры и придворная знать. Обеспокоились члены царской семьи, видя, что Николай II слепо идет на крушение всей династии. Великие князья говорили и писали об этом царю.

Но царь, как всегда, был глух и слеп к раскатам начинавшейся народной грозы и к испуганным голосам своих близких. Он, правда, удалил Штюрмера, но Распутин властвовал по-прежнему. Князьям казалось, что все зло только в Распутине и что если его удалить, то опасность исчезнет.

И вот 17-го декабря прошлого года в доме князя Юсупова, женатого на родной племяннице царя, во время пирушки раздался выстрел. Это Распутин был убит близкими родственниками царя, вывезен на автомобиле и спущен в прорубь на Невке. Таким способом партия великих князей, заботясь о судьбе царского дома, пробовала устранить причину великого соблазна.

И, конечно, князья ошиблись — дело не в одном Распутине, а в том порядке, при котором правил страной один человек, как безответственный властелин. А когда вдобавок таким властелином оказался человек слабый и неумный, то дело самодержавия было кончено.

Николаю II надо было честно выполнить обещания, данные в 1905 году. У царя было время сделать выбор между его министрами и Россией. Он выбрал министров и старый порядок. Теперь народу приходилось выбирать между царем и свободой отечества. Народ выбрал родину и свободу.

IX
Волнение из-за хлеба. Повторение 9-го января. Войска становятся на сторону народа. Отречение царя


Медлить дальше было нельзя. За это время все дела пришли в ужасное состояние. В столице начинался голод. Женщины простаивали целыми часами в хвостах, чтобы получить кусок хлеба для семьи; некоторым рабочим приходилось тоже или работать голодными, или становиться в хвосты. Народ терял терпение и начинал волноваться. Полиция прибегала к обычным приемам усмирения. К царю обращались последние голоса с предупреждением о необходимости поскорее уступить, чтобы наладить, пока не поздно, общую работу. Ему писали об этом председатель Государственной думы, некоторые генералы, князья.

Но министры все еще уверяли, что с русским народом при его царелюбии можно делать что угодно: он никогда не отступит от преданности царям. А волнения из-за хлеба надо усмирить силой. Для этого все готово, как было готово 9-го января 1905 года.

Полицию вооружили пулеметами, которые расставили во дворах, на чердаках домов, даже на колокольнях некоторых церквей: нужно было нанести удар, который навел бы ужас не только на Петроград, но и на всю Россию. Нужно было запугать народ и продолжать править, опираясь на страх.

25-го февраля, в воскресный день, когда на главной улице Петрограда — Невском проспекте — ходило много народа, частью с красными флагами, частью просто любопытных и гуляющих по-праздничному, с одного конца Невского, от Адмиралтейства, раздались выстрелы. Публика кинулась в противоположную сторону, но через некоторое время выстрелы раздались и от Знамения; стреляли вдоль улицы, которая во многих местах обагрилась кровью безоружных. Улица опустела.

Казалось, правительство одержало еще раз легкую победу. Еще несколько таких усмирений, и старое самодержавие водворится опять. Но слепой и глухой царь забыл, что 12 лет пронеслись над Россией не напрасно, что петроградская рабочая масса уже не та, которая 9-го января 1905 года шла к нему с иконами и покорными просьбами, а войска, даже гвардейские полки, уже не те, которые когда-то залили улицы и площади Москвы кровью восставшего народа.

Правда, солдаты еще раз послушались команды, и роковые выстрелы в безоружных были сделаны. Таким образом, между войском и народом уже легла пролитая кровь и положено начало вражды и раздора, полезных для притеснителей. Когда-нибудь будут описаны все подробности этих дней. Теперь известно только, что, вернувшись в свои казармы, солдаты не спали всю ночь, переживая мучительные движения совести. Вероятно, к ним приходили люди, которые их упрекали за пролитие братской крови и разъясняли истинное положение дел. Наутро явился командир, выстроил солдат и поздравил с «победой». Может быть, при этом он обещал награды, может быть, звал на новые славные подвиги. И при этом не чувствовал, что сам стоит у порога смерти.

Солдаты, вчера еще стрелявшие в толпу, кинулись на него, и он был убит. Солдаты выбежали на улицу и стали звать другие полки к восстанию против кровавого царя и его правительства. А в ту же ночь подписан царский указ о новом роспуске Государственной думы.

Но Дума поняла, что если она разойдется, то это будет измена народному делу, и решила не повиноваться роспуску. Она образовала из своих депутатов комитет, который вскоре и образовал Временное правительство.

Это утро было решительным для России. Выборная Дума стояла против царя, изменившего обещаниям и пожелавшего вернуть старое самодержавие. Восставшие части гарнизона ее поддерживали, народ — тоже. За кем пойдут остальные войска? Можно было ждать, что если хоть некоторые части станут на сторону старого правительства, и тогда столица будет залита братской кровью на радость неприятелю… Но этого не случилось: один полк за другим с офицерами, с развернутыми знаменами и музыкой подходили к Таврическому дворцу, но не затем, чтобы разгонять непокорных депутатов, а чтобы защищать Временное правительство.

Стало очевидно, что мера преступлений самодержавия против народа переполнилась: за Петроградом отложилась от царя Москва, а за нею — и вся Россия. Кроме полиции и жандармов, никто не поднялся на его защиту. Министры были арестованы и заключены сначала в Таврическом дворце, а потом переведены в Петропавловскую крепость, где ждут суда за свои преступления против народа. Все поняли, что пришел в России великий ослушный час, и первое же дыхание народной бури смело царскую власть без остатка. Приверженцы Николая II напрасно пробовали двинуть на восставшую столицу некоторые полки с фронта. Те или не шли, или, придя, тотчас же братались с народом и восставшими товарищами. Царь пытался опять привлечь народ обещаниями. Он уже соглашался удалить своих министров и дать ответственное министерство. Но события говорили ему: поздно! Страна не верит обещаниям, которые вы так нечестно нарушили в 1905 году.

2-го марта Николай II отрекся от престола за себя и за сына. Он передал свою власть великому князю Михаилу Александровичу. Но и Михаил Александрович тоже отказался принять власть без согласия Учредительного собрания, так как было очевидно, что восставший народ не подчинится теперь никому из Романовых.

Так кончилось царство этого дома. Триста лет назад, при звоне колоколов, при кликах народа первый Романов вступил в Москву. Теперь при таком же ликовании всего народа Россия низложила последнего представителя этого дома, и власть опять в руках народа. Тогда был Земский собор, теперь предстоит Учредительное собрание, которое установит будущую форму правления Русским государством. Каково будет это решение земского собора, на котором русские граждане призываются высказаться полными голосами?

Царское правительство привело Россию на край гибели. Настоящая историческая минута решит нашу судьбу на много десятилетий, быть может, на целые века. Нужно много мудрости, чтобы прекратить внутри страны разногласия, опасные споры из-за власти и междуусобия. Нужно, чтобы Россия единой душой и единым сердцем стала на стороне своей независимости. Она уже заявляла всему миру, что она не стремится к завоеваниям для себя, что она готова протянуть руку для заключения мира. Но до тех пор, пока родине грозит нашествие и гибель ее молодой свободы, она должна стоять в полной готовности для отражения великой опасности.

Царской власти нет уже доли в этом великом и трудном общенародном деле. Не будет доли и в счастливом будущем после грозы. Россия слишком долго верила в царей, слишком долго и напрасно надеялась. Последний Романов отучил ее от этих наивных упований, и теперь со всех концов нашей родины, из городов и сел, из столиц и деревень, по-видимому, общий единодушный крик: «Да здравствует народное правление! Да здравствует демократическая республика!».

Короленко
serg_ya
19.05.1917

Александр Керенский

Петроград
Отечество в опасности, и каждый должен отвратить ее по крайнему разумению и силе, невзирая на все тяготы. Никаких просьб об отставке лиц высшего комсостава, возбужденных из желания уклониться от ответственности, в эту минуту я поэтому не допущу. Самовольно покинувшие ряды армии и флотских команд (дезертиры) должны вернуться в установленный срок (28 мая).

Нарушившие этот приказ будут подвергнуты наказаниям по всей строгости закона.

--------------

Василий Гурко
Петроград
Первым приказом Керенского после занятия им поста министра стало заявление о том, что высшие военные начальники ни при каких условиях не имеют права оставлять свой пост или просить об увольнении или отставке. Мне было ясно, что это распоряжение направлено против меня.
--------------

Русские ведомости

Министерский кризис закончился, и перед нами — кабинет в его новом составе. Надо говорить твердо и прямо: теперь речь идет не об осуществлении каких-либо партийных программ, а лишь о спасении России, и, может быть, происшедшее преобразование министерства представляет последнюю попытку такого спасения. Потому-то сейчас наше Временное правительство и вправе требовать от всех самой дружной поддержки, и эта поддержка должна быть ему оказана без всяких оговорок, без всяких условий. В такие ответственные моменты, как переживаемый нами теперь, все должны сплотиться вокруг единой твердой и честной власти.
---------------

Аркадий Аверченко
Петроград
Довольно мямлить! Договаривайте все слова! Ставьте точки над «i». Вам нужна для спасения России диктатура — вводите ее. И если Керенский для порядка прикажет повесить меня первого — я скажу: вешайте, если это нужно.
---------------

Василий Лопухин
Петроград
Вступая в управление ведомством, Терещенко просил собрать служащих. Объявил, что будет держать им речь. Собрались в колонном зале квартиры министра. Молодой министр долго не выходил. Я пошел вытащить Терещенку из его служебного кабинета, где застал его бегавшим взад и вперед, дозубривавшим шпаргалку. Порывистый в движениях, немножко взволнованный ввиду предстоявшего выступления, он и из кабинета не вышел, а выбежал в зал и, не останавливаясь, на ходу начал выпаливать свою шпаргалку, перебегая с места на место вдоль вытянувшейся шеренгою группы многочисленных служащих.

Впереди стали министерские барышни, пополнявшие преимущественно временные отделы министерства, образованные по случаю войны, — отдел пленных, отдел денежных переводов лицам, застигнутым войною в неприятельских странах и т. д. Выходило, что Терещенко обращается именно к барышням. Он горячо убеждал их продолжать войну. Предупреждал: «Кто против войны, тому не по пути с нами». Этот лейтмотив немудреной и нескладно сколоченной речи он повторял чаще, чем следовало для ее успеха, и на нем и оборвал свое слово, в последний раз разбежавшись от внутренней боковой стены колонного зала к одному из его многочисленных окон. Острили, будто Терещенко по ошибке захватил для своей речи шпаргалку Керенского, только что перед тем получившего портфель военного и морского министра и в эпилептических выкриках призывавшего к наступлению войска примерно в тех же выражениях.

-----------------

Павел Переверзев
Петроград
Пусть Министерство внутренних дел не решается; я открою политический отдел при Министерстве юстиции.
-----------------

Русское слово

Г. Мценск, Орловская губерния

Население города и окрестностей переживает страшные минуты. Третьи сутки в уезде происходят крупнейшие аграрные беспорядки. В беспорядках принимают участие солдаты двух расквартированных здесь запасных полков.

Полнейшему разгрому подверглись прилегающие к городу огромные имения Шереметьева, Селезневых и др. Усадьбы горят. Ночью вокруг города видно огромное зарево. Положение весьма серьезное. Город и окрестности полны пьяных солдат. Многие вооружены винтовками и штыками-кинжалами от австрийских ружей.


Бараки опустели. Валяются замертво пьяные солдаты. Среди них есть отравившиеся и умершие. Вид их ужасен: почерневшие трупы с пеной у рта. На площади, между бараками и вокзалом, офицеры тщетно пытаются остановить бегущих к винным складам солдат. Целые толпы их идут туда с ведрами, котелками и чайниками. Большинство отравившихся остается там на месте. Остальные возвращаются, неся с собой спирт.

----------------

Федор Родичев
покинул пост комиссара Временного правительства по делам Финляндии
Петроград
Мои обязанности по отношению к Финляндии прекратились после назначе­ния министром Энкеля, которому я сдал исключительно дела министерства. Не могу не помянуть приятного впечатления от прямоты и искренности Энкеля. Бывший гвардейский офицер, он, выйдя в отставку, прослушал курс политехни­кума и сделался авторитетным инженером. Образованный, независимый, лояль­ный, он точно нарочно приготовлен был, чтобы быть министром по делам Фин­ляндии. Но Николай II не искал таких людей, а находил тех, кто казенные деньги занимал по словесному Высочайшему повелению.
--------------

Пьер Паскаль
Рига
От русских всегда требуется чрезвычайный подвиг: у других народов есть командование, правительство, которое приказывает: если отдан приказ наступать, то воевать надо, даже не будучи вполне уверенным, что это разумно. Русский народ ныне должен сам себе повелеть воевать: его жизненный инстинкт встает на дыбы, природа и чувство долга вступили в жестокую и мучительную борьбу. Первая подсказывает второму тысячу отговорок, которые вгоняют его в сомнение.

Установить власть трудно. А ведь русский народ — это такой народ мира, который менее всего приемлет принуждение. Военная дисциплина всегда казалась ему дьявольской выдумкой; справный земледелец, в трогательных выражениях уверявший меня, что русский крестьянин якобы спасает своего французского брата, рассказывал также, что, попав в казарму, он считал, что оказался в тюрьме.

--------------

The New York Times

Президент Вильсон объявил, что 5 июня станет днем постановки на воинский учет 500 тысяч человек. К этому моменту в военкоматы должны явиться все мужчины в возрасте от 21 до 30 лет включительно. Те, кто находятся вдали от места постоянного проживания, могут встать на учет, отправив письмо. Крайний срок подачи заявления для Гавайев, Аляски и Пуэрто-Рико будет объявлен позднее.
serg_ya
20.05.1917

Лев Троцкий

Таврический дворец, Петроград
Русская революция — это пролог к революции мировой. Но я не могу скрыть, что со многим из того, что сейчас происходит, я не согласен. Я считаю, что вхождение в министерство опасно. Я не верю в чудо, которое может совершить министерство сверху. У нас было раньше двоевластие, которое происходило от противоречия двух классов. Коалиционное министерство не избавит нас от двоевластия, а лишь перенесет его в министерство.

Но от коалиционного министерства революция не погибнет. Нужно только помнить три заповеди: 1) недоверие к буржуазии; 2) контроль над собственными вождями; и 3) доверие к собственной революционной силе. Что же мы рекомендуем? Я думаю, что следующим вашим шагом будет передача всей власти в руки рабочих и солдатских депутатов. Только единовластие спасет Россию. Да здравствует русская революция как пролог к мировой революции!

---------------

Георгий Плеханов
Царское Село, Софийский б-р, 5
Итак, свершилось! То, что дней десять тому назад назад большинству наших социалистов представлялось мерой, весьма вредной для революции, стало фактом: мы имеем коалиционное Временное правительство, в состав которого входит пять социалистов. В нашей социалистической среде до сих пор есть чудак, считающие такое правительство «чем-то совершенно недопустимым». Но русская общественная жизнь прошла мимо этих Симеонов Столпников плохо переваренного учения, окончательно вступив на ту дорогу, на которую с самого начала революции толкала ее внутренняя логика ее собственного развития. Будем надеяться, что она уже не покинет этой дороги.
----------------

Анатолий Луначарский
Стокгольм, Швеция
Как относится Ленин к новому коалиционному министерству — неизвестно, но Гриша опять повторил ту же сбивчивую формулу: «Долой и это правительство, но низвергать его теперь же нельзя!». Массы таких лозунгов двуликих не понимают, отсюда и бесполезная стрельба на Невском!
Я зондировал большевиков. Да, к сожалению, с нами нет ни одного вполне компетентного. Моя точка зрения была такая:

министерство ни к черту не годится: 1) потому что в нем блок мелкой и крупной буржуазии (с-ры и правые социал-демократы — представители деревенского и городского мещанско-крестьянского мелкотоварного эшелона); 2) потому что в него вошли непригодные для ответственной роли люди — если уж «они», т.е. правые социалисты, решились на блага — почему нет Чхеидзе, Дана, Либера? Почему глупый Скобелев? Церетели почтмейстером и никого больше? 3) потому что оно знаменует собой междуклассовый мир, ненавистный нам всем, национальный Burgfrieden. Доверия этому министерству не выражать.


Воспретить занимать должности в министерствах всем левым социал-демократам. Подвергать каждый ложный или колеблющийся шаг министерства острой критике. Принудить этим министерство к переменам, которыми оно дошло бы до подлинно демократического состава. Не делать себе отнюдь иллюзий, будто демократическое министерство Петроградского Совета рабочих и солдатских депутатов будет «нашим». Уже ясно, что это будет, говоря именами, министерство Чхеидзе, Чернова, т.е. правых мещанско-крестьянских социалистов. Это министерство гнать вперед по пути программы-minimum, оставаясь самим левыми социал-демократами вне власти.

----------------

Русское слово

В ожидании Ленина

ЕВПАТОРИЯ. По полученным железнодорожной администрацией сведениям, Ленин отправился в Таврическую губернию. Он намерен посетить Симферополь, Евпаторию и Севастополь. В ожидании Ленина многие любопытные выезжают на вокзал ко всем прибывающим поездам.

ЕВПАТОРИЯ. Местный Совет рабочих и солдатских депутатов заслушал доклад о предполагаемом прибытии Ленина, признал приезд его нежелательным. Совет обратился к начальнику гарнизона с просьбой поднять караул для ежедневной поездки на станцию Саки с целью недопущения проезда Ленина в Евпаторию.

Если бы Ленину удалось другим путем проскользнуть в Евпаторию, решено немедленно арестовать его и выслать из города.

---------------

Владимир Пуришкевич
Могилев, I Всероссийский офицерский съезд
У Временного правительства нет власти. Оно проявляет волю только тогда, когда говорит со слабыми, с офицерским составом, с теми, кто больше всего нуждается в поддержке. Временное правительство гонит лучших генералов из русской армии: Юденича, Колчака, Гурко, Драгомирова. Обвиняет их в том, что они не умеют насадить порядок. Но они никакой поддержки во Временном правительстве не встречают. Временное правительство ни разу не подняло голоса, чтобы прекратить безобразия на фронте.

И я думаю, нет способа прекратить коллективное сумасшествие народных масс (особенно в войсках), как применение того дисциплинарного устава, который карал бы смертной казнью всех, кто позволит себе нарушить долг присяги.

---------------

Петроградский Совет рабочих и солдатских депутатов
Петроград, Таврический дворец

Товарищи и граждане!

Для огромной и разносторонней созидательной работы, которую выполняет Совет р. и с. д., нужны значительные денежные средства. Эти средства должны быть добыты народом. Жертвуйте, собирайте и отчисляйте средства в распоряжение Совета р. и с. д.

Все пожертвования просят направлять в финансовый отдел Совета р. и с. д.(Таврический дворец, ком №35).

Деньги можно вносить на текущие счета Совета р. и с. д: 1) Азовско-Донской коммерческий банк — Морская, 5; 2) Сибирский банк — Невский, 44; 3) Народный банк — Невский, 46; 4) Русский торгово-промышленный банк, правление — Морская, 15; отделения его - а) Каменноостровский, 32-а, 69; б) Петроградская сторона — Большой пр., 44; в) Садовая ул., 7, 42, 57; г) Литейный проспект, 43.

---------------

Ираклий Церетели
выступает на Всероссийской конференции РСДРП Петроград
Никакой сильной власти нельзя было бы создать, если бы эта власть была только представительством буржуазных слоев. Когда борьба приняла более сильный характер, власть оказалась не в состоянии творчески осуществить политику. Мы долго колебались, мы долго изыскивали способы такой поддержки, которая укрепила бы власть. И вы знаете, что до самых последних дней в ответ на требования правительства о вхождении в его состав мы отвечали отказом, и тогда перед нами стала альтернатива: или взять власть целиком, или идти к «связанной» власти.

В настоящую минуту неподходящий момент для захвата власти. Оказалось, что мы бы воспользовались лишь минутным соотношением сил. Это вызвало бы гражданскую войну. На этот путь толкали нас некоторые наши партийные товарищи, которые расходились с меньшевизмом. Они противопоставляли диктатуру пролетариата и крестьянства. Вся демократия отвергла это. В этом мы видим победу меньшевистской идеи.

---------------

Ромен Роллан
Швейцария, Вилльнёв, отель «Байрон»
Выступая перед палатой общин, лорд Роберт Сесил сказал: «Заключать мир сейчас было бы смешно». Действительно. Два миллиона трупов, обхохочешься! Как бестактно циничны речи этих английских государственных деятелей. В чем тут разница с немецкими зверствами? Только в том, что они холоднее.
---------------

Разумник Иванов-Разумник
Царское Село, Колпинская ул., д. 20
На вечере памяти Герцена выступал Милюков с речью настолько замечательной, что многие места ее нельзя обойти молчанием. Вот, например:

«Думали ли мы, — воскликнул Милюков, — что республиканского Герцена будем чествовать мы, революционеры и республиканцы? Не казалось ли нам еще недавно, что идеи Герцена — красивая, но не осуществимая мечта? Мы должны в этом все покаяться, мы все так мыслили».

Здесь, что ни слово, то перл. «Мы революционеры…» — это тот самый Милюков, который еще 10 февраля просил и умолял: ради Бога, только без революции! «Мы, республиканцы…» — это тот самый Милюков, который уже 15 марта предлагал народу царя Алексея с регентом Михаилом. «Мы должны все покаяться…» — в том, что считали Герцена нелепым утопистом; нет, здесь уж parlez pour vous, гражданин Милюков!

---------------

Альфред Нокс
Петроград
Вчера утром во время встречи с Терещенко пребывал в очень оптимистичном настроении. Наверное, это вызвано его безграничной верой в Керенского. Он заявил, что вскоре намерен организовать у здания британского посольства митинг с участи­ем 20 тыс. человек! Он напомнил о приказе, который прошлым вечером отдал Керенский, чтобы показать силу своего характера.

В этом приказе Керенский отмечает, что он не позволит нико­му из старших командиров уйти в отставку, что все дезертиры, которые не вернутся в части до 28 мая, будут сурово наказаны. Таких дезертиров, по словам Т., будут направлять в штрафные части. Что ж, подождем и посмотрим! В конце концов, они оба, и Терещенко, и сам Керенский, — всего лишь мальчишки, и их переполняет юношеский энтузиазм!

---------------

Роберт Лансинг
Вашингтон, США
Соединенные Штаты Америки обещают защищать общее дело человечества, которое Россия так смело и непоколебимо поддерживала на протяжении почти трех лет. Америка хочет сотрудничать и помогать России в выполнении этой задачи, которая после становления в стране демократии действительно является ее заданием. Сражаясь плечом к плечу против самодержавия, американский и русский народы сплотятся в дружбе на века.

С таким настроем Высокие комиссары Соединенных Штатов Америки представятся русскому народу и правительству в надежде, что они поймут, как искренне США верит в их благополучие и надеется разделить их будущие попытки принести победу делу демократии и свободы человека.
serg_ya
21.05.1917

Александр Блок -> Александра Кублицкая-Пиоттух

Петроград, ул. Офицерская, 57, кв. 21
Сегодня я дважды был в Зимнем дворце и сделался редактором. Муравьев пошлет телеграмму Лодыженскому (т. е. главному моему начальству в Минске), а так как он на правах товарища министра юстиции, то я надеюсь, что меня откомандируют. Не знаю, надолго ли, попробую. Сейчас взял себе Маклакова и прошу потом Вырубову, а в пятницу хочу присутствовать на допросе Горемыкина. Жалованье мое будет 600 рублей в месяц. Сейчас читал собственноручную записку Николая II к Воейкову о том, что он требует, чтобы газеты перестали писать «о покойном Р.». Почерк довольно женский — слабый; писано в декабре. Его же — телеграмму, чтобы прекратить дело Манасевича-Мануйлова. Скучный господин.
---------------

Петроградский Совет рабочих и солдатских депутатов
Петроград, Таврический дворец
В Исполнительный комитет поступили сведения, что забастовка прачек, начавшаяся после проявленного хозяевами нежелания прийти к соглашению с работницами и продолжавшаяся более двух недель, протекает с рядом осложнений. Зарегистрировано большое число случаев грубого обращения хозяек с работницами, доходившего до побоев и выселения из квартир.

Представительницы профессионального союза прачек обратились даже в Исполнительный комитет с просьбой дать им охрану, т.к. при посещении мастерских делегатками союза хозяева встречают их угрозами, револьвером, побоями и бранью. Исполнительный комитет обратил внимание владельцев прачечных на недопустимость и преступность такого грубого обращения с работницами и предупреждает, что Совет р. и с. д. найдет путь для ограждения свободы и неприкосновенности забастовавших рабочих.

---------------

Джордж Бьюкенен
Петроград, Дворцовая набережная д. 4, Британское посольство
Последние две недели были очень тревожны, так как победа, которую одержало правительство над Советом по вопросу о ноте державам, была далеко не столь полна, как это воображал Милюков. Пока Совет удерживал исключительное право распоряжения войсками, до тех пор правительство, по замечанию князя Львова, было «властью без силы», тогда как Совет рабочих депутатов был «силой без власти».

При таких условиях для Гучкова как военного министра и для Корнилова как военного губернатора Петрограда было невозможно принять на себя ответственность за поддержание дисциплины в армии. В результате оба они подали в отставку, причем первый из них заявил, что если положение вещей не изменится, то армия перестанет существовать как боевая сила через три недели.

----------------

Лев Тихомиров
Сергиев Посад
Будущее мне предоставляется очень туманным, и ясно одно, что оно, каков бы ни был окончательный исход, полно болезненных потрясений, полно множества страданий. Увидеть окончательный исход мне, без сомнения, не суждено, но испытать все горе и страдания и все разорение первого периода — совершенно неизбежно. Конечно, я достаточно объективен, чтобы не судить об интересах России по своим интересам. Но мне страшно за семью. Бедная Мама, зачем она прожила так долго! Да и сам я — почему не умер раньше? Одно можно сказать: против Воли Божией не пойдешь, и да будет Его Воля, как бы тяжко ни было страдание.
----------------

Русинский Национальный Союз -> Михаил Терещенко
Петроград
Американские украинцы поздравляют вас и надеются, что новая Россия поможет украинцам, ныне страдающим от австро-венгерского и польского гнета, освободиться и объединиться с Российской Федеративной Демократической Республикой.
serg_ya
22.05.1917

Лев Тихомиров

Сергиев Посад
В настоящее время, как слышно, у нас уже заметна эмиграция имущих классов за границу, именно в Швецию. По прекращении войны эта эмиграция может только усилиться.
--------------

Зинаида Гиппиус
Кисловодск
В Петербурге уже «коалиционное» министерство. Чернов (гм! гм!), Скобелев (глупый человек), Церетели (порядочный, но мямля) и Пешехонов (литератор!). Посмотрим, что будет. Нельзя же с этих пор падать в уныние. Или так вихляться под настроением, как Дмитрий. Попробуем верить в грядущее.
-------------

Приказываю ввести в жизнь армии и флота следующие, согласованные с п. 2 декларации Временного правительства от 7 марта с. г., положения об основных правах военнослужащих:

1) Все военнослужащие пользуются всеми правами граждан. Но при этом каждый военнослужащий обязан строго согласовать свое поведение с требованиями военной службы и воинской дисциплины.

2) Каждый военнослужащий имеет право быть членом любой политической, национальной, религиозной, экономической или профессиональной организации, общества или союза.

3) Каждый военнослужащий во внеслужебное время имеет право свободно и открыто высказывать устно, письменно или печатно свои политические, религиозные, социальные и прочие взгляды.

4) Все военнослужащие пользуются свободой совести, а потому никто не может быть преследуем за исповедуемое им верование и принуждаем к присутствию при богослужениях и совершении религиозных обрядов какого-либо вероисповедания. Участие в общей молитве необязательно.

5) Все военнослужащие в отношении своей переписки подчиняются правилам, общим для всех граждан.

6) Все без исключения печатные издания (периодические или непериодические) должны беспрепятственно передаваться адресатам.

7) Всем военнослужащим предоставляется право ношения гражданского платья вне службы; но военная форма остается обязательною во всякое время для всех военнослужащих, находящихся в действующей армии и в военных округах, расположенных на театре военных действий.

Право разрешать ношение гражданского платья военнослужащим в некоторых крупных городах, находящихся на театре военных действий, предоставляется главнокомандующим армиями фронтов или командующим флотами. Смешанная форма ни в каком случае не допускается.

8) Взаимоотношения военнослужащих должны основываться при строгом соблюдении воинской дисциплины, на чувстве достоинства граждан свободной России и на взаимном доверии, уважении и вежливости.

9) Особые выражения, употребляющиеся как обязательные для ответов одиночных людей и команд вне строя и в строю, как, например, «так точно», «никак нет», «не могу знать», «рады стараться», «здравия желаем», «покорно благодарю» и т. п., заменяются общеупотребительными: «да», «нет», «не знаю», «постараемся», «здравствуйте» и т. п.

10) Назначение солдат в денщики отменяется. Как исключение в действующей армии и флоте, в крепостных районах, в лагерях, на кораблях и на маневрах, а также на окраинах, в тех местностях, в которых нет возможности нанять прислугу (в последнем случае невозможность этого определяется полковым комитетом) офицерам, военным врачам, военным чиновникам и духовенству разрешается иметь вестового для личных услуг, назначаемого по обоюдному соглашению вестового и лица, к которому он назначается, с платой также по соглашению, но не более одного вестового на каждого из упомянутых чинов.

Вестовые для ухода за собственными офицерскими лошадьми, положенными по должности, сохраняются как в действующей армии, так и во внутренних округах, и назначаются на тех же основаниях, как и вестовые для личных услуг.

11) Вестовые для личных услуг не освобождаются от боевой службы.

12) Обязательное отдание чести, как отдельными лицами, так и командами, отменяется.

Для всех военнослужащих, взамен обязательного отдания воинской чести, устанавливается взаимное добровольное приветствие.

Примечание: 1. Отдание воинских почестей командами и частями при церемониях, похоронах и т.п. случаях сохраняется; 2. Команда «смирно» остается во всех случаях, предусмотренных строевыми уставами.

13) В военных округах, не находящихся на театре военных действий, все военнослужащие в свободное от занятий, службы и нарядов время имеют право отлучаться из казармы и с кораблей в гавани, но лишь осведомив об этом соответствующее начальство и получив надлежащее удостоверение личности.

В каждой части должна оставаться рота или вахта (или соответствующая ей часть) и, кроме того, в каждой роте, сотне, батарее и т. д. должна оставаться еще и ее дежурная часть.

С кораблей, находящихся на рейдах, увольняется такая часть команды, какая не лишает корабля возможности в случаях крайней необходимости немедленно сняться с якоря и выйти в море.

14) Никто из военнослужащих не может быть подвергнут наказанию или взысканию без суда. Но в боевой обстановке начальник имеет право под своей личной ответственностью принимать все меры, до применения вооруженной силы включительно, против неисполняющих его приказания подчиненных. Эти меры не почитаются дисциплинарными взысканиями.

15) Все наказания, оскорбительные для чести и достоинства военнослужащего, а также мучительные и явно вредные для здоровья, не допускаются.

Примечание: из наказаний, упомянутых в уставе дисциплинарном, постановка под ружье отменяется.

16) Применение наказаний, не упомянутых в уставе дисциплинарном, является преступным деянием, и виновные в нем должны предаваться суду. Точно так же должен быть предан суду всякий начальник, ударивший подчиненного в строю или вне строя.

17) Никто из военнослужащих не может быть подвергнут телесному наказанию, не исключая и отбывающих наказания в военно-тюремных учреждениях.

18) Право назначения на должности и в указанных законом случаях временного отстранения начальников всех степеней от должностей принадлежит исключительно начальникам. Точно так же они одни имеют право отдавать распоряжения, касающиеся боевой деятельности и боевой подготовки части, ее обучения, специальных ее работ, инспекторской и хозяйственной частей. Право же внутреннего самоуправления, наложения наказания и контроля в точно определенных случаях (приказы по воен. ведомству 16 апр. № 213 и 8 мая с. г. № 274) принадлежит выборным войсковым организациям.

Объявляя настоящее общее положение, предписываю принять его (как и правила, установленные приказом по военному ведомству с. г. 114) в основание при пересмотре уставов и законоположений, определяющих внутренний быт и служебную деятельность военнослужащих, а равно дисциплинарную и уголовную их ответственность.


Военный и морской министр А. Керенский
--------------

Петроградский Совет рабочих и солдатских депутатов
Петроград, Таврический дворец
Товарищи солдаты!

Два месяца мы ждали того дня, когда права, добытые нами революционным путем, получат силу закона, обязательного для всех военнослужащих. Революция всех уравняла: теперь солдат стал гражданином по закону. Уничтожена разница вне строя между солдатами и офицерами.

Пункт 12-й Декларации прав солдата говорит, что старое отдание чести не существует. Отныне солдат-гражданин освободился от рабского отдания чести и, как равный, свободно, будет приветствовать того, кого желает.

Да здравствует свободный, сознательный солдат-гражданин! Пусть живет и крепнет единая и сильная свободная народная армия!

--------------

Максим Горький
Петроград, Кронверкский пр-т, 23
Да, мы переживаем тревожное, опасное время — об этом с мрачной убедительностью говорят погромы в Самаре, Минске, Юрьеве, дикие выходки солдат на станциях железных дорог и целый ряд других фактов распущенности, обалдения, хамства.

Конечно, не следует забывать, что крики «отечество в опасности» могут быть вызваны не только чувством искренней тревоги, но и внушениями партийной тактики.

Однако, было бы ошибочно думать, что анархию создает политическая свобода, нет, на мой взгляд, свобода только превратила внутреннюю болезнь — болезнь духа — в накожную. Анархия привита нам монархическим строем, это от него унаследовали мы заразу.

---------------

Надежда Крупская
Петроград
Ходила на заседания ЦК, узнавала поближе публику, следила за работой Петроградского комитета. Интересовали меня также очень подростки, рабочая молодежь. Ребят захватывало движение. Среди них были сторонники разных направлений — и большевиков, и меньшевиков, и эсеров, и анархистов. Организация охватывала до 50 тысяч молодежи, но первое время движение было достаточно беспризорное. Я повела среди них кое-какую работу. Прямой контраст этой рабочей молодежи представляли собой учащиеся старших групп средней школы. Часто толпой они подходили к дому Кшесинской и выкрикивали разные ругательства по адресу большевиков. Видно было, что их здорово обрабатывают.
-------------

Временное Правительство
Петроград
Временное правительство в целях скорейшего созыва Учредительного собрания постановило:

Принять меры к ускорению созыва того Совещания, на которое возлагается выработка Положения о выборах в Учредительное собрание и окончательное образование которого замедлялось тем, что еще не все приглашаемые к участию в нем организации, политические партии и национальные группы наметили своих представителей в нем.

Назначить первое заседание Совещания для выработки Положения о выборах в Учредительное собрание на 7 июня сего года.

--------------

Максимилиан Волошин -> Александра Петрова
Крым, Коктебель, ул. Морская 43, дом Волошина
Бернард Шоу прав, говоря: «Как социализм был бы популярен, если бы не было социалистов!». Я же пока понял одно: будущее выявляется безумием и верой; настоящее — здравым смыслом и скептицизмом. Смешивать эти два метода отнюдь не следует, и надо точно знать, о чем сейчас идет дело. Но необходимо нести в себе и то и другое.

Доброго во внешнем мире я не жду ничего: не такова теперь эпоха и не такова нравственная культура европейцев, чтобы добро и свобода могли бы торжествовать. Теперь победа за эгоизмом и жадностью. Социализм, который, конечно, восторжествует, принесет с собою лишь более крепкие узлы еще более жестокой государственности. А с точки зрения ГРАДА ГОСПОДНЯ и «буржуазия» и «пролетариат» — это едино, ибо основано на том же эгоизме и жажде благополучия. Я вижу только один социальный строй, согласный с духом Христовым: когда каждый будет работать на других бесплатно, а нужное для себя будет получать от других в виде милостыни.

---------------

Разумник Иванов-Разумник
Царское Село, Колпинская ул., д. 20
Как сделать, чтобы, приняв формулу «мир без аннексий и контрибуций», обратить ее в «мир с аннексиями и контрибуциями»? Способ простой и часто практикующийся; лишний раз обучает ему Плеханов на столбцах уединенного «Единства». «Временное правительство, — заявляет он, — должно было прямо и громко сказать, что формула “мир без аннексий и контрибуций” вовсе не исключает уплаты Германией военного вознаграждения в пользу ограбленных ею местностей. И очень жаль, что оно не сказало этого в своей декларации».

Видите, как просто! Мир без контрибуций, и все-таки с контрибуцией: поистине, Колумбово яйцо!
Но вот в чем беда: как быть, если Германия, согласившись на «мир без контрибуций», потребует с нас, по рецепту Плеханова, «военного вознаграждения» в пользу разоренных нами местностей. Пять миллиардов уплатит Германия за разорение Польши и Литвы, пять миллиардов уплатит Россия за разорение Галиции и Пруссии. В итоге не получим ли мы все-таки «мир без контрибуций»? Мудрый Эдип, посчитай на пальцах…

----------------

Альфред Нокс
Петроград
Вчера в шесть вечера к послу приезжал Керенский. Во время первой части встречи переводил молодой Локхарт. Меня по­звали позже, наверное потому, что посол решил, что я могу обрушиться на Керенского с критикой.

Керенский заявил, что он намерен часто бывать на фронте. Мы настояли на том, что накануне наступления ему необхо­димо выступить перед войсками и разъяснить цели. «В армию уже отправлены лучшие ораторы и литераторы. Совет пыта­ется убедить армию выполнять все приказы Временного пра­вительства, а не противодействовать им, как это делалось рань­ше».

-----------------

Брюс Локхарт
Петроград
Познакомился с революционерами: Борисом Савинковым, Филоненко, Черновым, Зензиновым, Рудневым. Когда-нибудь, когда русская революция также отойдет на задний план истории времен, как французская, их имена войдут в русские учебники истории. Иностранному же читателю все эти имена, за исключением Савинкова, ничего не говорят.

По причинам, которые я никогда не мог понять, Бориса Савинкова англичане всегда воспринимали как человека действия и, следовательно, как героя. Даже больше, чем большинство русских, Савинков был комбинатором — человеком, который мог всю ночь пить бренди, обсуждая, что он будет делать завтра. А когда завтрашний день наступал, он предоставлял возможность действовать другим.

Нельзя отрицать его талантов. Он написал несколько прекрасных романов. Он понимал революционный характер лучше, чем практически любой другой человек, и знал, как его использовать для собственной выгоды. Он столько вращался среди шпионов и агентов-провокаторов, что, подобно герою одного из своих романов, сам с трудом понимал, обманывает ли он себя или тех, кого собирался обмануть.

--------------

Василий Кравков
7-й Сибирский армейский корпус
Гучков безнадежно заявил, что только чудо может спасти Россию. Наши резолюционисты утверждают, что спасут ее «святыя троицы»: Совет рабочих, крестьянских и солдатских депутатов. В японскую кампанию от неприятельских шимоз мы мужественно защищались молебном, в эту же кампанию — морем воззваний, резолюций и всевозможных съездов и совещаний! Ожидаем скорого пришествия Третьего Интернационала.
--------------

Юлий Мартов
Петроград, Сергиевская ул., д. 50, кв 9
Ленин с Троцким решили остаться на далеком расстоянии. Оба, а с ними все наши луначарские, безработные и рязановы, заняли совсем сумасшедшую позицию, разнуздывают все стихийные движения, обещают массам чудо от захвата власти, проповедуют свержение нового Временного правительства и т. д. Сговориться с ними явно невозможно… хотя они очень любезны и пока в печати нас не трогают.

Правда, что Ленина, по-видимому, сконфузила история с Малиновским: теперь ведь обнаружено, что через Малиновского полиция управляла в течение 4 лет всеми делами и всей политикой ленинцев, устраняла путем ареста всех меньшевиков и примиренцев, мешавших успехом ленинцам (материал напечатан в «Русском Слове»), и заполнила их «партию» десятками провокаторов.

--------------

Лев Троцкий
Петроград
Не только мальчики, но и мы с женой удивлялись на улицах Петрограда русской речи и русским вывескам на стенах. Мы покинули столицу десять лет тому назад, старшему было тогда немногим больше года, младший родился в Вене.

В Петрограде был огромный, но уже совсем рыхлый гарнизон. Солдаты проходили с революционными песнями и красными ленточками на груди. Это казалось невероятным, как во сне. Трамваи были набиты солдатами. На широких проспектах еще шло ученье. Стрелки залегали, пробегали цепью, залегали снова. За спиною революции еще стояло гигантское чудовище войны и бросало тень на революцию. Но массы уже не верили в войну, и, казалось, ученье продолжается только потому, что его забыли отменить. Война уже стала невозможностью.
serg_ya
23.05.1917

Аркадий Аверченко

Петроград
Русскую революцию часто — это уже стало трафаретом — сравнивают с ребенком, появившимся на свет в тяжких родовых муках матери — России… Если это ребенок, то странный ребенок: у него две ноги, но обе левые, а голова взрослого человека — Керенского. Благодаря такому устройству ребенок ходит, переваливаясь со стороны на сторону, и голова часто перевешивает хилое туловище. Вот как.
-------------

Александр Блок -> Любовь Менделеева-Блок
Петроград, ул. Офицерская, 57, кв. 21
Я один из 3-х редакторов Чрезвычайной следствен­ной комиссии, хожу в Зимний дворец, читаю письма Николая Романова, работаю дома. И должен работать, соблюдая тайну. Надеюсь присутство­вать на допросах. Жалованье — 600 рублей. Если будет время, я бы приехал к тебе, моя маленькая Бу. Но я бы очень хотел, чтобы ты жила здесь, все-таки, если деньги тебя беспокоят, то, как видишь, не стоит о них думать; а ты бы тут лучше могла как-нибудь пристроиться или приготовиться к зиме.
--------------

Труд и воля

Свобода пьянства

Необходимо принять решительные меры. Усиливается народное пьянство. В Петрограде неосмотрительно выдаются разрешения на покупку денатурата, в том числе солдатам. Процветает продажа ханжи и политуры. Повышенные заработки открывают соблазн покупать за бешеные цены припрятанные лавочниками коньяк и вина. В столице пока что дело ограничивается уличными дебошами и усилением краж. В провинции дело обстоит хуже. В Мценском уезде перепилась, дорвавшись до разгромленных ею винных складов, запасная воинская часть, два дня после этого безобразничившая в уезде, грабя усадьбы, сжигая заводы и дома.

-------------

Пьер Паскаль
Лифляндская губерния, Рига
В 6 часов в штабе, чтобы допросить двоих пленных эльзас-лотарингцев. Оба пленных сбежали 21 числа из немецких окопов через болото. Один хорошо говорит по-французски, житель захваченной территории Лотарингии, после вторжения, 17 лет от роду, был уведен и призван в 19 лет, а четыре месяца спустя отправлен на фронт. Питание плохое, дисциплина очень строгая. Немцы считают, что такое не может продолжаться больше чем еще один год, если союзники удержатся; но они надеются, что союзники сдадут, а они сохранят свои завоевания.

Волнения, забастовки в Берлине и крупных городах. Полиция стреляла. Увеличили хлебные карточки, без увеличения наличного хлеба: и работа возобновилась. Офицеры твердят людям, что Германия живет работой и преданностью своих рабочих. На фронте: 1 кг хлеба в день, выдается каждые три дня, суп и ячменный кофе. Два или три раза в неделю — конфитюр. Самое ординарное вино стоит 5-7 марок (бутылка). Плюс картофель или свекла, по крайней мере, в городах. В деревне у некоторых спрятана провизия.

--------------

Феликс Ростковский
Петроград, Большая Пушкарская, 63
В нашем доме настолько участились кражи, что жильцы (квартиронаниматели), собравшиеся на общее совещание, постановили двух баб сторожить вход в дом и выход с оплатою по 50 р. в месяц каждой. Эти сторожихи обязаны, чередуясь, сидеть безотлучно у ворот дома и всякого неизвестно опрашивать, куда или откуда и зачем идет. Вынос вещей без осмотра их не допускать. Эта мера вызвана отсутствием наружной полиции, а в милиции, судя по бывшим примерам, состоят самые воры и разбойники.
--------------

Раннее утро

С 1906 г. в рядах армии преступников мы видим все больше и больше малолетних. В годы войны благодаря беспризорности военного времени преступность малолетних увеличилась на 143%. В первые дни свободы детские преступления сразу прекратились. Отчасти от краж отвлекла революция, но главную роль в данном случае сыграли, по словам самих рецидивистов, страх перед оружием милиционеров и боязнь неизвестных кар. Но вот жизнь входит в свои берега, и все начинается по-старому.

Большинство амнистированных и выпущенных на свободу малолетних преступников приводят снова к судье, но уже по новым делам.
Независимо от числа приводимых к судье малолетних количество краж после революции значительно сократилось.

Пресловутый Рогожский район и трамвай «Б» стали давать несравненно меньше карманников.

— Воровать стало труднее, — говорят малолетние рецидивисты. — Раньше можно было поделиться с городовым и дворником, а теперь — крышка!

--------------

Владимир Ленин
Петроград
Редакторы газеты «Известия Петроградского Совета рабочих и солдатских депутатов» усваивают себе министерский тон. «Правда» не нравится им; они осуждают ее «резкие выпады по адресу Временного правительства». Критиковать ненравящееся — священное право каждого публициста. Но к чему делать себя смешным, раздавая министерские осуждения «выпадам» и не давая критики по существу? Не лучше ли попытаться разобрать наши доводы? Хоть одну нашу резолюцию? Хоть одно наше указание на классовую борьбу?

«Страна гибнет сегодня», — пишет передовица «Известий». Правильно. И именно потому полагаться сегодня на соглашательство мелкой буржуазии, народников и меньшевиков с капиталистами неразумно. От гибели спасти страну таким путем нельзя.

-------------

Николай Суханов
Петроград
Мартов, родоначальник меньшевизма, его несравненный, почти монопольный идеолог, его самый авторитетный и популярный вождь, уже не был ныне лидером своей партии. Мещанские идейки и их выразители увели от Мартова меньшевистскую партию - увели далеко, ни больше ни меньше как в стан классовых врагов, в лагерь буржуазии. С Мартовым осталась лишь небольшая группка. Это была катастрофа.
serg_ya
24.05.1917

Джордж Бьюкенен

Петроград, Дворцовая набережная д. 4, Британское посольство
Получил телеграмму от лорда Роберта Сесиля, министра иностранных дел, с извещением о том, что военный кабинет считает необходимым создать более благожелательное отношение русских социалистов и рабочих к войне и рассеять ложное впечатление, создавшееся в России относительно наших целей.

Сознавая, что вождями рабочей партии это может быть выполнено с большей надеждой на успех, чем кем бы то ни было другим, кабинет решил командировать г. Гендерсона со специальной миссией.
Любезно дав теплую оценку моей работы, лорд Роберт заявлял, что они уверены, что г. Гендерсон может рассчитывать на мое искреннее содействие, и указывал, что если у меня нет к этому препятствий, то хорошо было бы, если бы спустя несколько недель после прибытия Гендерсона я приехал в Лондон, чтобы доставить правительству приятную возможность воспользоваться моими личными советами.

-------------

Разумник Иванов-Разумник
Царское Село, Колпинская ул., д. 20
«Новое время», говоря о русских политических эмигрантах, вернувшихся на родину через Германию, заявляет:

«Те, кого нам привозят вагонами через Германию, не даром едят свой хлеб. Кстати: на какие средства живут эти безработные изгнанники? На чьи деньги они содержат сотни агитаторов? Кто оплачивает их расходы на издание своих газет?»

Вывод газеты ясный: деньги эти — германские. Вот это подлинный голос былого официоза департамента полиции!

--------------

Владимир Ленин
Петроград
Теперь, когда в правительство вошли «социалистические» министры, музыка пойдет не та — так уверяли и уверяют нас оборонцы. Не прошло и нескольких дней, как фальшь этих уверений начала раскрываться.

Что говорит теперь по этому вопросу новый министр иностранных дел г. Терещенко, товарищ Скобелев и Церетели по министерству? Терещенко признает, что «вопрос этот (т. е. о тайных договорах) будит страсти». Но что делает он для успокоения этих страстей? Он просто-напросто повторяет то, что говорил только что низвергнутый Милюков: «Немедленное опубликование договоров будет равносильно разрыву с союзниками», — заявил Терещенко в беседе с журналистами. А «социалистические» министры молчат и прикрывают систему тайной дипломатии.

Коалиционное министерство ничего не изменило. Тайные договоры царя остаются святыней для него. И вы хотите, господа, чтобы это не «будило страсти»? За кого же принимаете вы сознательных рабочих и солдат? Или вы и впрямь считаете их «взбунтовавшимися рабами»?

--------------

Лев Урусов
Петроград
Создание коалиционного демократическо-буржуазного правительства пока что не отразилось на общем положении дел. Анархия продолжает шествовать гигантскими шагами во всех областях государственной жизни, и очевидно, что справиться с ней в настоящее время не под силу никому. Теперь в России три царя — солдаты, рабочие, крестьянство — и все самодержцы и осмысленные, узкие эгоисты. Общее убеждение, что коалиционное министерство недолговечно и что через короткое время оно будет заменено чисто демократическим министерством.
---------------

Николай Бухарин
Москва
Какой выход из создавшегося положения? Прежде всего, положить бойне конец, вернуть фабричным станкам и полям тружеников города и деревни. Затем нужно восстановить русские финансы, казну. А это можно сделать, лишь отказавшись платить долги, наделанные старым правительством. От этого сугубо взбеленяться банкиры союзных стран, но русский народ не обязан быть услужающим ни у своих, ни у иностранных банкиров.

Наконец, нужно сократить зарвавшихся отечественных капиталистов, установив контроль органов революционной демократии над производством. Все эти меры, без осуществления которых у нас будет настоящий голод, может осуществить лишь революционная власть пролетариата и крестьянства. Только она может спасти страну от надвигающегося бедствия.

--------------

Григорий Трубецкой
Петроград
Разумным кругам общества и военным Керенский говорил, что ответственность за декларацию несет Гучков, при котором она составлялась, и ген. Поливанов, ее автор. Солдатам на митинге он говорил, что подписал декларацию, не читая, потому что в ее составлении участвовал Совет солдатских и рабочих депутатов. Такова была поддержка, которую получила армия.
--------------

Лев Троцкий
Таврический дворец, Петроград
Церетели я знал мало, Керенского не знал совсем. Чхеидзе знал ближе, Скобелев был моим учеником, с Черновым я не раз сражался на заграничных докладах, Гоца видел впервые. Это правящая советская группа демократии. Церетели, несомненно, головою выше других. Керенского Ленин назвал хвастунишкой. Керенский был и остался случайной фигурой, временщиком исторической минуты. Каждая новая могучая волна революции, вовлекающая девственные, еще неразборчивые массы, неизбежно поднимает вверх таких героев на час, которые сейчас же слепнут от собственного блеска.
---------------

Новая жизнь
Петроград, Невский пр-т, 64, редакция газеты «Новая жизнь»
Умирает от голода Вера Алексеевна Петрова, врач первого выпуска «Женских медицинских курсов». Мне пишут о ней:

«Я не знаю, кого просить за старого, больного человека, фактически умирающего от голода, — врача, всю жизнь свою посвятившего народу, земской работе. Теперь она умирает, беспомощная, покрытая грязью, в пыльной ужасной комнате. Если бы Вы слышали ее слова, уже потустороннего человека: “Какой ужас голод!”. Умирает смертью медленной и верной, не имея ни одного человека, который принес бы ей кипятку или кусок хлеба. Говорили так много о кротости и любви… где она? Равнодушного зверя без добрых начал и порывов, голодное брюхо — вот что из нас сделали…»

Необходима помощь. Адрес В. А. Петровой: 6-ая Рождественская, д. 8, комната 46. Деньги можно направлять и в редакцию «Новой Жизни».

М.Горький
serg_ya
25.05.1917

Александр Керенский

Лифляндская губерния, Рига
Товарищи, слишком долго и слишком много я знаю, как живет и что нужно русскому народу, чтобы я как представитель власти за криками «ура» стал искать правду. Я знаю правду о жизни в России, и с сознанием своего права и власти говорю правду. Эта власть мне не дана по капризу отдельных личностей, а волею всего народа — против моей воли.

Гораздо легче быть в стороне, и, не неся никакой ответственности, все критиковать и играть на чувстве переутомления. Вчера один солдат сказал мне: «Зачем мне умирать, когда после смерти я не получу земли». Я немедленно приказал командиру полка освободить его и объявить об этом в приказе. И что бы делала страна, если бы все имели право взять на себя смелость и идти домой, не думая об общем благе, а только о своих личных интересах.

Старая власть уничтожена, и у власти стоят люди, которые никогда не прикасались к царской одежде. Эта власть приблизит конец войны с честью и достоинством для свободного государства. Неужели это благо не стоит того, чтобы было забыто личное благо?

---------------

Александра Толстая
Минская губерния, направление Минск-Молодечно-Сморгань
Я подъехала к первой летучке, персонал и начальник летучки выбежали из палатки ко мне навстречу: «Пожалуйста, разрешите нам поехать на собрание. Керенский выступает. Это совсем близко, только три версты отсюда, он будет говорить!»

Мне тоже хотелось его послушать, и мы все вскочили в машину и поехали. Опоздали. Керенский уже говорил.

Собралась громадная толпа солдат. На высокой трибуне худой человек среднего роста в солдатской шинели охрипшим голосом выкрикивал какие-то слова, которые трудно было разобрать. Мне показалось, что не было простоты, убежденности в речах оратора, в его призывах объединиться для спасения России.

Когда мы возвращались в свой отряд и доктора восторженно переговаривались и восхищались речью Керенского, я молчала, мне было не по себе. «Неужели они верят, — думала я, — что этот человек может спасти Россию?»

-------------

Джордж Бьюкенен
Петроград, Дворцовая набережная д. 4, Британское посольство
После возведенных на меня княгиней Палей обвинений в том, что я превратил посольство в «очаг революционной пропаганды», было уже совершенно несправедливо, что вскоре после своей беседы с министрами-социалистами мне пришлось подвергнуться нападкам со стороны большевиков по обвинению в том, что посольство является центром контрреволюционного движения.

Имя Церетели было соединено с моим — что было довольно удивительно, если принять во внимание его биографию, — и нас изображали главными деятелями названного движения. Это обвинение, несомненно, возникло вследствие того, что мы вели активную союзническую пропаганду в пользу войны и с целью разоблачения германской лжи.


Германцы в течение некоторого времени оказывали мне самое лестное внимание. В апреле газета «Hamburger Nachrichten» опубликовала статью (автор которой, к счастью для моей репутации, никогда не слыхал о моих успехах в игре в линкс), в которой мои успехи на дипломатическом поприще приписываются моей страсти к игре в гольф. «Приемы этой скучной игры, — говорит он, — действительно развивают качества, необходимые для государственной или дипломатической работы. Молчаливый, упорный, покорный, хороший игрок в гольф обходит поле кругом, не отводя глаз от мяча и направляя его к цели. Сэр Джордж Бьюкенен в течение долгих лет шел вслед за своим мячом вокруг всей Европы, пока наконец ему удалось очутиться в Петрограде».

--------------

Никита Окунев
Москва
По Петрограду разъезжает грузовой автомобиль, с которого женщины и дети разбрасывают «манифест к народам всего мира», подписанный каким-то «прапорщиком, графом Головкиным-Хвощинским», начинавшийся словами: «Ослы! Из-за чего вы воюете?». В Москве вот уже четыре дня бастуют официанты, повара и женская прислуга в ресторанах, клубах, кофейнях и гостиницах. Предъявит, должно быть, неисполнимые требования. Публика приезжая и «не домовитая» бедствует. 24 мая в Москве было только «два разбойных нападения».
---------------

Правда

Товарищи крестьяне! Не надо обманывать себя. Нынешнее коалиционное министерство состоит из десяти капиталистов и помещиков и шести меньшевиков и народников. Кадетская партия, кадетская газета «Речь», кадетский съезд в главном и основном несомненно выражают мнение всего класса капиталистов, а значит, и десяти министров-капиталистов. Коалиционное министерство в своем большинстве хочет того же, чего хотят господа кадеты, выкупа, новой дани на крестьян в пользу помещиков.

---------------

Александр Жиркевич
Симбирск
Болтовня, болтовня, болтовня на митингах, собраниях, в кабинетах новоиспеченных министров и общественных деятелей. И сейчас все это печатается в газетах в поучение и для успокоения. А как успокоишься, когда видишь, что ныне эта эпидемия болтовни только и составляет политическую жизнь России? А внутри мы идем через анархию к голоду и контрреволюции.
---------------

Сергей Прокофьев
Петроград, наб. Фонтанки, 122, доходный дом
Между прочим, пример революционных картинок: мне нужны новые ботинки. Пришла большая партия в американском магазине «Walk over». Чтобы достать билетик на право покупки, мне пришлось стать в хвост в шесть часов утра, причем я стал четырехтысячным (в сто двадцать восьмой группе, по тридцать человек в каждой), а сзади меня потом встало еще столько же. И лишь в четыре часа дня мне (т.е. заменившему меня посыльному) выдали бумажку на получение ботинок через месяц.

Для того чтобы стать в хвост в шесть, я решил не ложиться, и поэтому у меня состоялась Grand chemin de fer. Я сначала выиграл пятьсот рублей, но потом все их проиграл, кроме восьмидесяти рублей, которые и остались мне на ботинки. Захаров и Борис Верин на этот раз выиграли и уехали сияющие, уже после того как я ушел на ботиночный хвост.
serg_ya
26.05.1917

Джордж Бьюкенен

Петроград, Дворцовая набережная д. 4, Британское посольство
Если, как хотят уверить мои критики, ответственность за революцию действительно падает на меня, то я могу лишь сказать, что я получил очень плохую награду за свои услуги: в самом деле, всего лишь несколько месяцев спустя после победы революции я был категорически осужден официальным органом Совета рабочих и солдатских депутатов:

«В первые дни революции великая перемена рассматривалась многими как победа военной партии. С этой точки зрения утверждали, что русская революция вызвана интригами Англии, и английский посол назывался источником, откуда исходило подстрекательство к революции. Однако ни по своим чувствам, ни по склонностям сэр Джордж Бьюкенен не повинен в победе свободы в России».

-------------

Лев Троцкий
Таврический дворец, Петроград
Обратите внимание на отсутствие Керенского в Совете и на ту рекламу, которую создает вокруг имени Керенского буржуазная пресса: не пытается ли эта пресса использовать Керенского в целях русского бонапартизма? А что делает сам Керенский? Он произносит хорошие речи и в то же время допускает, чтобы главнокомандующий Алексеев на офицерском съезде наносил пощечины Временному правительству, объявляя лозунг «без аннексий и контрибуций» утопией.
-------------

Петроградский Совет рабочих и солдатских депутатов
Петроград, Таврический дворец
Выслушав доклады министров-товарищей Церетели, Скобелева и Чернова, общее собрание Совета р. и с. д. подтверждает свое полное доверие им и Временному правительству, в составе которого они находятся.

-- Лев Троцкий
Я, к сожалению, не могу обещать «гражданам-министрам» поддержки, ибо организация объединенных социал-демократов, к которой я принадлежу, относится к вопросу о коалиционном министерстве несколько иначе, чем «граждане-министры».
Вот, Чернов говорит, что он намерен заняться русской переписью. Это, конечно, хорошо, но мы бы хотели иметь министра русской революции, а не министра русской статистики.
-------------

Юлий Мартов
Петроград
Если наши лидеры оказались в Совете в таком положении, что пришлось послать в правительство Церетели, то известная вина за это падет на представителей меньшевистской политики. …Нужна полнота власти; а вчера нужны были еще двоевластие? Вы говорили — это орган революционного контроля. Этот орган можно захотеть назвать и органом двоевластия.

Он начинался в Совете, а кончался во Временном правительстве. Положа руку на сердце, устранили ли мы теперь или мы хотим проводить в жизнь это двоевластие? Совет будет официозом, я знаю, но я знаю, что теперь революционное время и что это будет худший вид двоевластия, т.е. с одной стороны — линия левого крыла, с другой — линия министерства в целом. Я читал о слухе вступления 60 социалистов в министерство. Если их удовлетворят, пусть идет к черту Совет рабочих и солдатских депутатов.

-------------

Владимир Ленин
Петроград
Революционерами-шовинистами мы считаем тех, кто хочет победы над царизмом для победы над Германией, для грабежа других стран, для упрочения господства великороссов над другими народами России и т. д. Основа революционного шовинизма — классовое положение мелкой буржуазии. Она всегда колеблется между буржуазией и пролетариатом. Наш лозунг — против шовинистов, хотя бы революционеров и республиканцев, против них и за союз международного пролетариата для социалистической революции.
--------------

Александр Блок
Петроград, ул. Офицерская, 57, кв. 21
«Революционный народ» — понятие не вполне реальное. Не мог сразу сделаться революционным тот народ, для которого в большинстве крушение власти оказалось неожиданностью и «чудом»; скорее просто неожиданностью, как крушение поезда ночью, как обвал моста под ногами, как падение дома. Революция предполагает волю; было ли действие воли? Было, со стороны небольшой кучки лиц. Не знаю, была ли революция?
--------------

Николай Суханов
Петроград
Министры-социалисты выступили с отчетом о своей деятельности и в пленуме Совета. Впрочем, конечно, не все, а только трое: Церетели, Скобелев и Чернов. Заседание было довольно любопытное.

С такою степенью наивности Церетели нечасто обнаруживал свою слепоту, когда рассказывал о «больших успехах» министров-социалистов во внешней политике.
Это ли не успехи? Министры-социалисты потребовали, чтобы правительственная декларация, напечатанная 19 мая, была доведена до сведения союзников, и «это было немедленно сделано». Затем министры-социалисты беседовали с послами и спрашивали их мнение о декларации.

Английский посол, оказывается, «разделяет принципы» — «конкретно же вопрос решит жизнь». А согласны ли союзники пересмотреть договоры? Английский посол ответил: «Если Россия действительно отказалась от завоеваний, то договоры, конечно, должны быть пересмотрены». А не будет ли британское правительство чинить препятствия к сношениям русских социалистов с английскими? На это посол сказал, что он ответить не уполномочен… Ну разве это не успехи советских дипломатов, разве это не шаги по пути к желанному всеобщему миру?..

-------------

Владимир Короленко -> Прасковья Ивановская
Полтава
Совершенно завален телеграммами и перепиской по поводу своей статьи «Падение царской власти». Отовсюду требуют разрешений на издание.
-------------

Альфред Нокс
Петроград
Опубликована Декларация прав солдата, подписанная Керенским. В ней не содержится новых уступок, однако подтверждаются все те, что уже были сделаны ранее, такие как разрешение носить вне службы штатское платье, от­мена обязательного приветствия и общее смягчение наказаний. Это говорит о том, что Керенский не намерен предпринимать практических мер для восстановления дисциплины.
-------------

Киевлянин

Что могут достигнуть украинцы своими усилиями?

Сомнительно, чтобы Временное правительство издало акт о нац.-тер. автономии Малороссии, но одно несомненно — политика украинских руководящих кругов сильно обостряет и без того остро стоящий национальный вопрос и сеет ветер, который потом разрастется в бурю.

Но, впрочем, можно ли ждать теперь от украинцев, совершенно ослепленных победами своего шовинизма, благоразумия?

Думаю, что нельзя.

С. Ольгин

-------------

Труд и воля

Печальное недоразумение

В Кременчуге произошла оригинальная революция. Толпа голодных солдат арестовала одного из солдатских депутатов, заведующего продовольствием, и потащила его в участок, обвиняя в употреблении бесплатного народного хлеба. Бунт взбудоражил кременчугжан. Собрались толпы народа для усмирения беспорядков. Вызваны казаки. Брожение продолжается.

------------

Украинская Центральная Рада
Киев, ул. Владимирская, 57
В Петроград выехала делегация Центральной Рады и Военного генерального комитета в составе В. Винниченко, С Ефремова, М. Ковалевского, Г. Одинца, Д. Коробенко, И. Снежного, матроса Письменного, полковника Пилькевича, Д. Ровинского. Этой делегации было поручено добиться от Временного правительства издания акта с принципиальным согласием на право Украины иметь национально-территориальную автономию, назначение комиссара по делам Украины при Временном правительстве и правительственному комиссара на всю Украину с краевым советом при нем, ассигновки денег на культурно-национальные потребности украинского народа и другие дела.
serg_ya
27.05.1917

Новое время

Петроград
Киев. Посетив Центральную Украинскую раду, Керенский сказал, что вопрос об украинской автономиии должен быть разрешен Учредительным собранием, созыв которого предположен в ноябре. Этого времени и должны ждать терпеливо украинцы. На заявление членов Рады, что Временное правительство должно сейчас же пойти навстречу украинским домогательствам, Керенский ответил: «Меня не пугают домогательства украинцев, но меня тревожит их нетерпеливость».
------------

Василий Кравков
7-й Сибирский армейский корпус
Светлый день. Тоскую по тихой свободе, по звукам сладким и молитвам искусства и красоты, неодолимо тянет припасть к моей родной земле. На днях приезжал на фронт и в армию Керенский, от которого более легковерная публика ожидает с нетерпением обещанного им насаждения «железной дисциплины» и применения «во всей строгости законов» в развалившихся войсках; но — увы! — пока еще ничто не предвещает этого; очевидцы рассказывают, что новый наш народный военный министр прибыл в шикарном поезде.

Свели его из вагона чуть не под руки два будто бы уголовных каторжника–телохранителя; в указанное им место сбора намеченной дивизии части ее долгое время упирались за некоторой дальностью расстояния идти, многие из «свободных граждан» в шинелях прямо-таки требовали, пусть-де сам к ним едет министр, у него-де есть автомобиль, а нам-де придется к нему ломить пешедралом.

Наконец-таки, хотя и не в полном составе, серая публика собралась и стала ожидать; прождавши с ½ часа, некоторые стали самовольно расходиться восвояси; наконец прибыл сам министр; поговоривши перед солдатами о царском гнилом режиме и о сладостях полученных свобод, он в самых изысканно-вежливых сантиментах пригласил собравшуюся ораву с позиций самовольно не уходить, подчеркнувши, что силой-де удерживать вас в окопах мы не будем, надеясь, что вы (подразумевай — «паиньки»!) не будете удирать… Нетрудно предвидеть, как все эти прекрасные речи «власти» преломятся в черепах всей серой массы — отобьют ли у нее смертную охоту втыкать штыки в землю и неудержимое устремление «до лясу» или нет; а пока результаты толстовского непротивленства нашей власти злу мы видим…

---------------

Валентин Катаев
Переделкино, ул. Серафимовича, д. 5
Однако мои расчеты не оправдались. Несмотря на падение самодержавия, война еще не закончилась и пехотных прапорщиков продолжали посылать на убой.
--------------

Сберегательные кассы

«Граждане-капиталисты. Будьте Миниными для своей Родины. Откройте свои сокровищницы и спешите нести свои деньги на нужды освобожденной России».

(Из призыва съезда делегатов с фронта ко всему населению России, объявленного военным и морским министром Керенским в приказе армии и флоту от 18 мая 1917 года за №6.)

--------------

Александра Коллонтай
Петроград, Пески, съемная квартира Коллонтай
Возобновилось издание журнала «Работница». В редакцию вошли Самойлова, Елизарова, Кудели, Величкина (Бонч-Бруевич), Лилина, Сталь, Николаева и я. Журнал послужит естественным центром, вокруг которого сгруппируются силы работниц. Товарищ Самойлова считает, что этим путем мы практически осуществим выделенную работу среди женщин, поскольку она нужна. В специальном аппарате многие видели «уклон к феминизму».
-------------

Петроградский Совет рабочих и солдатских депутатов
Петроград, Таврический дворец
Ко всем гражданам!

За последние дни как в Петрограде, так и во многих других местах России, наблюдается рост пьянства. Пьяные появляются на улицах, в вагонах, на фабриках и заводах, в казармах. Водка появилась в городах и деревнях, в тылу и на фронте. На почве пьянства начинаются бесчинства: драки, насилия, погромы.

Откуда появилась водка в России? Кто спаивает народ? Раньше Россию спаивал царь. Пьянство в России было на руку ему, т. к. на пьянстве и народной темноте покоился царский престол. Теперь Россию спаивает притаившаяся Черная сотня. Черной сотне нужно, чтобы в России началась анархия. Черной сотне нужна смута. И тогда повторится то, что случилось в 1905 год: враги народа в крови и грязи потопят святое дело свободы и революции!

Товарищи рабочие и солдаты! Знайте, что начинающееся в стране пьянство грозит России бедой. Этому злу должен быть положен предел.

Страницы: 1 2 3 4 

Гильдия рожденных в СССР -> Великая Октябрьская социалистическая революция





Frank Casino Club